Добро пожаловать в Вельмарен! Годы мира, построенного на огне и крови, практически закончились и слишком много людей не желают его продлевать. В Подземных тропах зреет восстание и заговоры против вардрийцев и трех королевств. Маги, сполна испившие человеческой жестокости, готовы объявить открытую войну. Но все это не имеет значения: если пробудится древнее зло - уже не будет ни врагов, ни союзов...
Сенокосная пора (июль), 1200 год
Вверх Вниз

Velmaren. Broken Crown

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Velmaren. Broken Crown » Печать настоящего » Срываясь со всех орбит


Срываясь со всех орбит

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

В роляхReynir Blóðug и Arienne LaCroix

Время и место событийс 2 дня хайтида 1200 года
Свартурхаэд, Вардрисхейм


http://s8.uploads.ru/myaXN.gif


если с кем-то кричать о рае, то пускай это будешь ты


СюжетИх разделяли целые миры, но Он пришел за Ней тогда, когда больше всего был нужен. Возможно, их встреча это величайший дар Богов. А возможно, им было бы лучше никогда друг друга не знать. Но поздно... Уже не сдержаться. И не остановиться.

+1

2

Изо всех миллиардов истин не существенна ни одна,
Но любая из них способна обогреть этот чертов свет.
Мы надолго здесь не зависнем, и поэтому – пей до дна
Все, что правде твоей подобно, ибо правды на свете нет.
   И не важно, что завтра будет, но сегодня – не смей остыть,
Если с кем-то кричать о чуде, то пускай это будешь ты. ©


[indent] Вардрийцы по двое сидели на скамьях, расположенных по бортам с обеих сторон судна, и размеренно налегали на весла, из-за чего драккар словно летел вперед над водой, чтоб подняться вверх по реке и доставить их во владения Рейнира. Только редкая вардрийская речь, скрип снастей и плеск волн нарушали приятную окружающую тишину неукрощенной природы.
[indent] Теперь уже невозможно было представить, какое расстояние отделяло девушку от родного дома. Оно увеличивалось с каждой минутой, и казалось, словно прошла вечность с того времени, как она была в Ивелине. Она чувствовала себя совсем маленькой и невыносимо беззащитной – вокруг все было чужое. Больше всего страшила неизвестность, ведь Арьенн так и не осмелилась спросить ярла, как он намерен поступить с нею. И хоть после памятного разговора в хижине путешествие еще меньше походило на плен, - она скорее чувствовала себя гостьей, - воображение девушки порой рисовало пугающие картины неведомой страны. С самого раннего детства принцессе Элинейра пришлось учиться оттеснять и прятать свои эмоции и переживания, что у нее с легкостью получалось в том другом, родном для нее мире, но теперь все их изобилие неумолимо вырывалось наружу. Казалось, еще совсем немного и она просто сгорит в них без следа. Хотя внешне девушка была неизменно спокойна и даже приветлива, отчего-то стараясь скрыть эту обжигающую бурю даже от Рейнира. Нет, не так… Именно от него.
[indent] В то же время явно проступали другие чувства: любопытство, предвкушение и почти детская, радостная приподнятость, совсем неуместная в нынешней ситуации. Нельзя ведь наслаждаться тем, что тебя похитили и увезли против воли; тем, что привычная и предрешенная на годы вперед жизнь перевернулась с ног на голову из-за одного самоуверенного варвара! Тем не менее, это было так. Будучи в плену Арьенн чувствовала себя более свободной, чем когда бы то ни было до этого.
[indent] Снова и снова девушка наблюдала украдкой за тем, кто был виновником всех ее текущих бед и одновременно подарил целый неизведанный мир, который она мечтала увидеть, сколько себя помнила. Но разобраться в себе не получалось. И этому отнюдь не способствовал тот факт, что Арьенн было безумно приятно заботиться о Рейнире. Меняя повязку на заживающей ране, она все чаще ловила себя на том, что любуется сильным идеально сложенным телом и смотрит на вардрийца не совсем так, как должно лекарю. Он был словно живое воплощение древнего бога войны, чья отвага и подвиги описаны в старинных легендах, и ей нравилось смотреть на его лицо с резкими чертами; в его глаза, в глубинах которых таится что-то дикое, первородное; касаться его горячей кожи и чувствовать, как сильные мышцы напрягаются у нее под пальцами.
[indent] Еще было очень приятно слушать низкий мужской голос и отвечать что-то, все меньше тревожась, что она может показаться дерзкой. А еще… О, небо! Порою, этот невозможный мужчина улыбался. Вначале это повергло ее в полную растерянность. То была не усмешка, не оскал зверя, играющего с добычей… Просто улыбка, открытая и настоящая. Разве могла она продолжать воображать его бездушным чудовищем, желающим заставить ее страдать?
[indent] Очень легко было будить в себе злость и страх, покуда Рейнир отдавал свои резкие приказы, порою даже с насмешкой, но теперь… Раз за разом девушка вспоминала слова, сказанные в душной хижине странной старухи - благородства в этом суровом и жестоком на первый взгляд воине оказалось в сотни раз больше, чем во всех знакомых ей рыцарях юга. Обещаний, красивых и напрасных, в жизни Арьенн было так много, что они давно утратили какую-либо ценность, и именно нежелание Рейнира их давать, его простая, ничем не приукрашенная честность, привели к тому, что она смогла довериться и просто последовать за ним без оглядки. У нее было какое-то подспудное понимание, что за угрожающей возможностью осязаемой жестокости, крылось нежелание причинить настоящий вред. Подобная вещь могла нести огромную опасность, но побороть это чувство Арьенн было уже не под силу.
02/07/1200, вечер
[indent] Из задумчивости светловолосую вывели громкие голоса, оторвав тем самым от созерцания окружающих видов. Щеки Арьенн вспыхнули, к своему стыду, девушка разглядывала вовсе не горы, а бессовестно пялилась на литое тело и резко очерченный профиль Рейнира. Спохватившись, она резко отвернулась, пока вардриец не перехватил ее восторженный взгляд, и огляделась в попытке понять из-за чего на палубе поднялся шум.
[indent] Вдали, по левому борту, высились высокие горы, а ниже на их фоне виднелись очертания большой каменной крепости. Едва ли с такого расстояния можно было что-то хорошо разглядеть, но принцесса была уверена что это крепость, а значит случилось то, чего она уже давно ожидала и боялась. Их путешествие подходило к концу и скоро она ступит на земли ярла. По оживленным голосам было понятно, что мужчины рады возвращению домой, но что там ожидает ее?
[indent] Она помнила те немногие рассказы о нравах суровых северных земель, хотя все прошедшее путешествие в целом совсем не вязалось с этими жуткими историями. Только отрицать, что южан северяне не жаловали было по меньшей мере глупо, стало быть глупо с ее стороны надеяться на исключение. Краска вмиг сошла с лица Арьенн и оно стало таки бледным, что могло с легкостью соперничать с мраморной статуей.
[indent] Понимая, что больше не выдержит неведения, девушка подождала, когда ярл останется один, и, приняв воинственный вид, решительно направилась прямо к нему. С каждым шагом решительность таяла, но она сумела дойти до конца и остановилась рядом с Рейниром. Нерушимый, словно скала, мужчина сосредоточенно всматривался вперед, обеими руками опираясь о борт драккара, и, казалось, ничего вокруг не замечал.
[indent] - Мы почти прибыли, верно? - стараясь казаться невозмутимой, тихо спросила она, и, скользнув взглядом по лицу северянина, повязкам на шее, уставилась на стремительно приближавшуюся землю.
[indent] Куда только подевалась вся ее хваленая храбрость, с какой она взошла на борт этого корабля несколько дней назад? Или хотя бы те ее остатки, что согнали с места, надоумив подойти и заговорить с Рейниром? Она оторвала взгляд от очертаний берега и посмотрела на руки вардрийца. Поколебавшись лишь одно мгновение, Арьенн потянулась к одной из них. Холодные пальцы робко коснулись запястья, затем мягко сжали сильную руку.
[indent] - Мне страшно, Рейнир, - честно призналась Арьенн еще тише, глядя прямо перед собой. Прозвучало жалобно, вопреки ее желанию, и девушка постаралась заставить себя говорить увереннее.
[indent] Все же тепло руки Рейнира странным образом придавало сил высказаться. Она должна была это сделать, пока еще оставалось время; пока он, в большей степени, был просто вардрийским воином, а она девушкой, которая его лечила. Ведь как только они ступят на эту землю, ему вряд ли будет нужна ее забота - он окажется дома, а у нее может просто не быть возможности привычно быть с ним искренней и говорить вот так открыто. Он снова станет ярлом, а она пленницей. Но у нее оставалось доверие, и надежда, что все будет иначе, которую сейчас необьяснимо дарило одно только присутствие Рейнира рядом.
[indent] - Ничего ведь не изменилось. Я по-прежнему в твоей власти, как прежде - пленница, и... Не буду требовать иного. Только об одном прошу, - голос звучал ровно, но на том спокойствие принцессы заканчивалось. Она не сознавала, что дрожит и отчаянно цепляется за мужскую ладонь, когда все, что терзало ее разум последние дни нашло выход в словах, - Скажи, что ждет меня на твоей земле? Как встретят меня твои люди? И как... Как ты поступишь со мной? Я много думала об этом, и знаю, как относятся к пленникам и что с ними делают... Но не буду просить о жалости! - дерзкие, упрямые слова вырвались сами по себе, хотя принцесса была совсем в них не уверена.
[indent] Она содрогалась от одной мысли, что ее проведут по городу связанной или посадят в темницу, как оно обычно бывает, и не верила, что вардриец поступит с ней так жестоко. Правда, полностью развеять страхи, мучившие ее из-за неизвестности, мог только он сам. Комок подступил к горлу Арьенн, она тяжело выдохнула, но храбро посмотрела на Рейнира:
[indent] - Просто мне нужно знать. Неведение... Оно ужасней всего, понимаешь?

+1

3

Да, он любил путешествия по воде. Первое время на судне Рейнир проводил время исключительно в горизонтальном положении и полусонном состоянии. Эта беспомощность перед стихией убаюкивала его разум и душу: зная, что не в силах заставить воду течь быстрее, а ветер – дуть сильнее и в нужную сторону, ярл отдавал себя во власть покачивающегося на волнах драккара.
Арьенн регулярно навещала его и вардриец замечал, что она все еще беспокоится о его состоянии. Рейнир чувствовал умиротворение каждый раз, когда видел ее блестящие глаза, нежно очерченный рот, правильный овал лица, как будто лишенного печалей. Возможно, девушка тоже оказалась под влиянием волн, стремительно несущих ее в неизвестность. Находясь на судне, она ничего не могла поделать со своим положением и, казалось, смирилась на время. Пользуясь моментами полного штиля в их взаимоотношениях, Ульвальдсон приглядывался к светловолосой элинейрке, но вел себя сдержанно, даже строго. С момента их знакомства, Рейнир уже дважды вышел из себя в разных смыслах этого слова, но после разговора в хижине ни разу не позволил себе лишиться маски. В принцессе ярл видел девушку нового для него типа, незнакомой ему породы, и его любопытство было изрядно задето. Иногда он задавал ей какие-то не серьезные вопросы, но чаще внимательно изучал ее – не отрывал глаз от ее лица или следил за движениями ее рук и плеч. Взгляды эти, бывало, заставляли ее впасть в растерянность или смущение; Рейнир, напротив, ощущал себя совершенно непринужденно. Он чувствовал уверенность, которую ничто не могло поколебать.
Ярл креп быстро и со второго дня выбирался прогуляться по палубе, дабы размять кости. Чем ближе судно приближалось к Вардрисхейму, тем суровее становился ветер, чаще солнце пряталось за облаками и вода стала свинцово-серой. На третий день драккар охватил туман. Да, в этом тумане, несомненно, была своя романтика. Словно серый, исполненный таинственности призрак, навис он над крошечным судном, бойко бороздившем морские волны. А люди, эти маленькие точки средь огромных просторов мира, гонимые ненасытной жаждой деятельности, мчались сквозь самое сердце тайны, ощупью прокладывая себе путь, и шумели, и кричали самонадеянно, в то время как их души замирали от неуверенности и страха.
Драккар, словно взбодрился от хора, пошел быстрее. На палубе возникла Арьенн. Она показалась Рейниру существом из другого мира. Трудно было представить себе существо, более чуждой этой грубой среде. Тонкая и гибкая, она отличалась легкостью и грацией движений. Когда принцесса передвигалась по палубе, создавалось впечатление, что она скользит по воздуху или парит, подобно птице. Одно грубое движение и ее не станет. Одна среди мужчин в крошечном пространстве, ограниченном деревянными бортами. Но держала Арьенн себя смело. Взглянула на обветренные грубые лица моряков, улыбнулась так мягко, как может только женщина. И нордманов, этих суровых варваров морских тянуло к ней, как голодных на хлеб, ведь они так редко видят противоположный пол. Рейнир заметил это. Глаза его, мгновение назад созерцавшие картину девушки на палубе, теплившиеся мягким светом, снова сделались серыми, холодными, жесткими. Он сухо кивнул девушке и отвернулся к поверхности моря, тонущей в тумане.
Спустя дни, впереди наконец показались очертания родной суши. Туман рассеялся, но солнце все еще пряталось за ровной пеленой облаков, придавая северному краю пущей суровости. Один из мужчин, сидящий на веслах, затянул песнь, остальные поддержали его, охваченные волнением перед встречей с родным краем. Рейнир поддержал тоже.
- Твой драккар на дне лежит,
Сердце пламенем горит.
И прохладны воды в море,
Но душа не знает горя.
День придет, наступит час,
Смерть ждет каждого из нас!

Драккар, как по велению асов пошел веселее, стремясь причалить к порту Свартурхаэда. Все судно оживилось, команды раздавались громче и выполнялись бодро. Вардрийская волчица, трудно переносившая водные переправы и обычно забивавшаяся где-то в углу, наконец встала, отряхнула шкуру, стала в ожидании. Ярл стоял у левого борта, устремив взор в сторону высившейся над городом Свартстайн – черную величественную крепость, служившую ему обителью. Он не заметил даже, как рядом с ним оказалась Арьенн.
— Мы почти прибыли, верно? – спросила она.
Рейнир повернул к ней голову и кивнул. Такие движения резко напоминали о битве с далриадской тварью и о том, как принцесса спасла ярла.
Невзирая на спрятавшееся солнце и хмурую погоду, в глазах у Рейнира отражалась теплота. Но он заметил беспокойство девушки, и оно передалось ему тоже; обратил взгляд к морю. Их путешествию, в котором они были просто людьми без званий и титулов, наступал конец. Как только ноги их ступят на сушу, придется вспомнить о том, кто они есть на самом деле.
Она призналась в том, что боится, и голос у нее дрожал; Вардрис молчал и не смотрел на девушку – знал, что она смотрит на него с горечью. Почувствовал на заскорузлой своей руке ее прохладное прикосновение, что заставило его обратить взгляд к ее лицу, но по-прежнему не издавал не звука. Ждал, когда она соберется с силами сказать то, что должна.
Он выслушал. Посмотрел на ее маленькую белую ладонь, накрывшую его руку.
- Помни, ты – принцесса, я – ярл этой земли. Покуда ты под моим покровительством, отношение к тебе будет подобающим, - Рейнир глянул ненароком через плечо, заметил несколько любопытных взглядов и один насмешливый – Гендрика. Выпрямился, высвободив руку из нежных пальцев Арьенн, - Слушай меня во всем, и тебе нечего будет бояться. А пока – добро пожаловать в Свартухаэд.

На причале их встретили бурно и радостно. Рейнир успел соскучиться по родному краю и чувствовал, что это взаимно – народ кричал и махал им, восславляли Асов за благополучное возвращение путников. Кто-то из люда бил в барабаны, создавая ритм, дабы морякам было веселее разгружать драккар; дети болтались под ногами, как и все дети в мире, желая быть в центре событий; женщины бранили своих мужей за задержку, при этом все их существо горело любовным нетерпением.
Ярл подхватил Арьенн на руки и передал Генрику, после чего девушка, наконец оказалась на твердом причале. Рейнира самого покачивало после долгого плавания, но он не показывал виду; Пошел первым, следом Арьенн - ловящая на себе десятки любопытных глаз, а после – шепотки, - потом Гендрик, Ярре, Йофур. Вся дружная братия. Кровавый вдруг ощутил, сколь многое они пережили за это путешествие.
Покосился на принцессу.
- Не отставай.
Группу Рейнира и его пленницу уже ждали оседланные кони. Когда все оказались верхом, шагом направились в сторону крепости – скакать ни у кого не было никакого желания.
Ворота черной крепости открывались одни за другими, с ревом, с волчьим воем вардрисы впускали вернувшегося домой ярла и его свиту. Вслед за ними, сверху по стене бежал белобрысый мальчуган, но Рейнир будто не замечал этого и головы ни разу не поднял. Оказавшись внутри Свартстайна, среди холодных каменных стен и сводчатых потолков огромной высоты, группа спешилась с коней. Откуда ни возьмись спрыгнул мальчишка, взъерошенный как воробей, щека испачкана.
- Как вы ужасно долго ехали! – тяжело дыша после лазания по стене выпалил малец, утирая нос. Рейнир грубовато притянул мальчика за затылок ладонью, оставил стоять подле себя - Мы поедем на охоту, отец? Ты сказал, что мы поедем, как только ты вернешься…
Поток вардрийских слов вдруг оборвался, когда синие глаза белобрысого заметили Арьенн.
- Знакомься – мой сын Янмарр, - Рейнир хлопнул мальчика по плечу, снова посмотрел в лицо девушке, - Это – Арьенн. Она принцесса из Элинейра. Погостит у нас недолго.
Ян оглядел ее оценивающе, без стеснения.
- Ты наша пленница? Тогда отец тебя не отпустит, зуб даю!
- Ян, - рыкнул ярл, - Иди найди свою тетку. Она тоже должна познакомиться с Арьенн.

Отредактировано Reynir Blóðug (2018-11-06 22:03:37)

+2

4

Он не колебался, ответил не раздумывая, а она слушала, смотрела не отрываясь на его лицо, и чувствовала, как отступает страх, а на его место приходит тепло и благодарность. Иногда, в моменты подобные этому, ей казалось, что в Рейнире уживаются два разных человека. Это завораживало ее, настораживало... И влекло. Девушка никак не могла понять, то ли он ей нравился, потому что в нем есть благородство и какая-то тщательно скрытая нежность, то ли она просто пыталась поверить в его благородство и нежность, потому что он ей нравился.
Неожиданно остро захотелось сказать, что она ему верит; пообещать, что она не доставит хлопот и будет во всем послушной. Это почти сорвалось с ее губ. Почти...
- Спасибо тебе. За все, - в тихие слова и мягкую улыбку, озарившую ее лицо, девушка вложила искреннюю благодарность, уклонившись от опрометчивых речей, - Быть может, мне даже понравится Свартурхаэд.
Рейниру вовсе не обязательно знать о ее доверии, покуда он не дал ей знать о своем; ей нельзя давать ему необдуманных обещаний, ведь она будет обязана их сдержать, и вообще она никогда не была послушной. А еще он перестал называть ее пленницей, но слово "принцесса" отчего-то имело сейчас слишком горький привкус.
Несколько успокоившись благодаря разговору с ярлом, Арьенн теперь жадно вглядывалась в берег, ею полностью завладело любопытство. Где-то вдалеке громко зазвучал рог, должно быть, заметили их судно и спешили оповестить о нем жителей города. К тому моменту, когда драккар был у пристани, та была полностью заполнена оживленными и машущими людьми, и на мгновение девушку охватила такая тоска, что в глазах невольно защипало. Все это было так похоже на дом.
Не успела Арьенн опомниться, как оказалась на руках у Рейнира, затем у Гендрика, и, едва ее ноги коснулись земли, девушка невольно пошатнулась, ухватившись за плечо вардрийца. Тот ответил понимающей улыбкой и мягко подтолкнул идти за ярлом, которому толпа, расступаясь, давала дорогу. Она замешкалась, но услышав Рейнира, поспешила за ним, а остальные его товарищи, не задерживаясь, шли следом.
Пробыв со своими спутниками почти две недели, принцесса уже знала отдельные слова, и даже простые фразы вардрийской речи. И теперь, помимо радостных приветствий ярла и его товарищей, благодарностей богам, что те вернулись домой, она отчетливо разбирала шепот, касающийся ее самой. Порою даже такой, что его определенно не принято высказывать в полный голос. Любопытных взглядов было так много, что Арьенн, казалось, ощущала их физически, хоть виду и не подала.
- Пожалуй, я теперь понимаю, как чувствует себя на охоте добыча, которую еще не поймали, но уже мысленно поделили, - едва слышно пробормотала она и услышала позади смех Гендрика.
К огромному облегчению девушки их уже ожидали лошади. Шумная толпа быстро оказалась позади, а взору наконец предстала каменная крепость. Арьенн повидала множество изящных дворцов, грубоватых замков и надежных крепостей, но ничего подобного этой она даже представить не могла. Мощные стены казались черными и словно вырастали прямо из скал, а размеры и высота поражали воображение. Невольно возникало желание не только увидеть то, что внутри, но просто подойти к стене и коснуться старого камня.
Тяжелые ворота открывались, пропуская ярла и его спутников. Повсюду снова звучали приветствия и рев воинов, а после - на принцессу снова устремлялись десятки незнакомых глаз. Едва ли она теперь их замечала, постоянно отвлекаясь на каменные стены и своды места, где ей какое-то время придется жить.
Когда они спешились, словно из ниоткуда появился светловолосый мальчишка и бросился к ярлу, обрушив на того поток оживленных и, как заметила Арьенн, радостных слов. Девушка сама не сознавала, что смотрит на эту сцену с легкой улыбкой и во все глаза, частично разобрав смысл шумной речи. Внезапно мальчик увидел ее и затих, а в следующее мгновение Рейнир подтвердил ее догадку.
- Знакомься — мой сын Янмарр.
Несколько растерянная, она посмотрела сперва на Рейнира, представляющего ее, а потом вгляделась в синие глаза мальчика и улыбнулась еще шире.
- Очень рада знакомству, Янмарр.
Мальчик смотрел на нее открыто и изучающе, пока она с интересом разглядывала его. Почему-то раньше ей и в голову не приходило, что у вардрийца может быть сын. Впрочем, они во время пути не затрагивали подобных тем. И нет ничего удивительного в том, что взрослого мужчину дома ждут дети и жена...
Ты наша пленница? Тогда отец тебя не отпустит, зуб даю! - неожиданно выпалил Янмарр.
Рейнир прервал сына, и тот послушался отца - вмиг рванул с места, не забыв перед этим скорчить недовольную рожицу. А девушка тихо рассмеялась, наблюдая за ними. Детей она любила всегда, еще с детства окруженная маленькими братьями, затем шумной ребятней жителей Ивелина, и сейчас была очарована непосредственностью растрепанного мальчишки.
- У тебя чудесный сын, - мягко сказала она, ничуть не смутившись откровенных речей и оценивающего взгляда мальчика. Тревоги на время отпустили Арьенн, и глаза ее по-прежнему смеялись.
Только потом девушка подумала об одной странности - Янмарру было велено привести свою тетку, а не мать. В ту же минуту перед ними вихрем появилась красивая, очень молодая женщина с огненными волосами, тем самым вытеснив из ее головы всякие догадки. Это была Рион, сестра Рейнира, и она, казалось, излучала неуемную энергию и жизненную силу. С приветствиями, знакомством и распоряжениями быстро было покончено; девушку куда-то повели мягкие, но настойчивые руки рыжеволосой. Она успела лишь оглянуться и бросить последний взгляд на хозяина этой крепости.
05/07/1200, утро
С момента прибытия в Сварстайн, Арьенн успела проникнуться теплом не только к Рион и Янмарру, обладавшему непомерным любопытством. Она многое узнала о некоторых обычаях и людях, и особенно благодарила богов, удержавших ее в первый вечер от всяких вопросов касательно матери Яна.
Она полюбила свою комнату, в которой было уютно и тепло, несмотря на каменные стены; вспомнила, каково это, когда о тебе заботятся. Девушка неплохо изучила саму крепость, по которой была полностью вольна передвигаться, и почти перестала смотреть на окружающих с опаской. Наверное, она бы вовсе не чувствовала себя в плену, если бы ей разрешили выйти за пределы этих стен.
Присев на кровать, она тут же вскочила и подошла к высокому узкому окну. Еще на борту драккара Арьенн понимала, что на суше все будет иначе, и вовсе не ожидала, что ей будет не хватать общества ее пленителя. Ярл же, казалось, позабыл о ней. Умом принцесса понимала, что дел у него накопилось множество за время отсутствия, но невозможность оказаться рядом и поговорить сердила ее сверх всякой меры, а потом, к концу дня, злость отчего-то превращалась в грусть.
Сегодня, в день ее рождения, грусть вообще не собиралась исчезать. С минуту девушка стояла, обхватив себя руками, и смотрела на открывшийся вид, затем взволнованно обернулась к двери. Пусть она никак не сможет очутиться в Сентени, как делала последние восемь лет, но в этот день ей был нужен глоток свободы. И просто необходимо найти Рейнира. Особенно сегодня. И дело вовсе не в том, убеждала себя принцесса, что ей нестерпимо хочется увидеть этого вардрийца.
Решительно упорхнув из комнаты, Арьенн очень старалась не торопиться по гулким каменным коридорам. Приветливо улыбалась тем, кого встречала, и, получив от одного из воинов подсказку, где искать столь необходимого ей человека, направилась к внешней стене крепости. Там, наверху, она наконец увидела ярла, и сердце вдруг взволнованно забилось, отчего девушка не решилась его окликнуть. Наверное, это от мысли, что она собственно ему скажет, и какая, пожалуй, все это глупость. Однако мешкать было нельзя, вардриец перемолвился словом с воинами и, судя по всему, собирался спуститься вниз. Не раздумывая, Арьенн побежала к лестнице, подхватив подол длинного зеленого платья. Едва она успела завернуть на старые каменные ступени, как со всего разбега врезалась в мужскую грудь, которая тоже показалась каменной, и испуганно ухватилась за чьи-то плечи. 
Раскрасневшаяся и тяжело дышащая от быстрого бега девушка запрокинула голову назад, чтоб посмотреть в лицо своей преграде, и вспыхнула еще пуще. Перед ней был Рейнир. Такой огромный, спокойный, и как всегда уверенный в себе.
- П-прости пожалуйста, - растерянно пролепетала девушка, виновато глядя на него, - Мне просто необходимо с тобой поговорить.
Растрепанная, с непослушным локоном, выбившимся из прически и упавшим на глаза, она вряд ли выглядела, как подобает принцессе. И в то же время, стараниями Рион, она уже мало походила на ту девочку в синяках и пыли, со спутанными волосами, что скиталась по лесам в компании вардрийцев.
- Я знаю, что у вас не празднуют дни рождения, как принято на юге, и, возможно, мои слова покажутся тебе полной глупостью, - осторожно начала она, в ответ на вопросительный взгляд, вдруг испугавшись передумать, - У нас это делают каждый год, таков обычай. В этот день, как правило, готовят праздник, приглашают близких людей, а хозяин торжества получает подарки.
Взволнованная девушка на мгновение растерянно умолкла, почувствовав себя очень странно. Она не боялась ярла, но все острее ощущала, что рядом мужчина. Не варвар, похитивший ее, не вардриец и воин, а просто мужчина. И ее не оставляли равнодушной ни его огромный рост, ни запах, ни голос, ни даже то, как он стоял сейчас, разглядывая ее, как казалось, с веселым любопытством.
- Правда, в последнее время, свой день рождения я проводила иначе, но для меня это очень важно, - осмелилась продолжить Арьенн, проклиная себя за нелепость ситуации. Она сделала неуверенную попытку отстраниться и перестать цепляться за Рейнира, как утопающий, чтоб сохранить хоть каплю подобающего ей спокойствия, но снова утонула в его ярких глазах, - Дело в том, что он сегодня, и я хотела попросить тебя... Пожалуйста, подари мне свободу! На один день. Чтоб я была вольна поехать, куда мне хочется, и увидеть землю, скрытую от меня этими стенами. Обещаю, я не собираюсь убегать, и прошу вовсе не поэтому, и... - невольно девушка закусила губу, пытаясь удержать при себе последнее, смутившее ее желание, но тщетно.
Словно со стороны она услышала собственный мягкий голос:
- И я буду рада твоей компании.

+3


Вы здесь » Velmaren. Broken Crown » Печать настоящего » Срываясь со всех орбит


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC