Добро пожаловать в Вельмарен! Годы мира, построенного на огне и крови, практически закончились и слишком много людей не желают его продлевать. В Подземных тропах зреет восстание и заговоры против вардрийцев и трех королевств. Маги, сполна испившие человеческой жестокости, готовы объявить открытую войну. Но все это не имеет значения: если пробудится древнее зло - уже не будет ни врагов, ни союзов...
Солнечная пора (июнь), 1200 год
Вверх Вниз

Velmaren. Broken Crown

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Velmaren. Broken Crown » Печать настоящего » рх2.01 Проклятие подземелий


рх2.01 Проклятие подземелий

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

рх2.01 Проклятие подземелий


10-15/06/1200
д. Баерстон, Подземные Тропы, крепость Оплот Ветров

-- --- --
Aengus, Faye, Archie Irons, Arngeirr, Gwynfor Stusheem, NPC


Баерстон в руинах: жуткое землетрясение, подобного которому не случалось на памяти живущих, разрушило деревню до последнего камня. Тех, кому посчастливилось выжить — если счастьем можно назвать обязанность хоронить людей, которых знал и любил с рождения, — и повстречали наёмник и девица. Все очевидцы как один утверждают, что слышали дикий, нечеловеческий вой из-под земли.
Подземные тропы обвалились или наглухо завалены камнями. После землетрясения здесь чудовищно тихо, как в склепе. Гранитные Могилы вновь взяли своё. Немногим удалось уцелеть. Отряд Стражей подземелий и граф Железных холмов с трудом преодолевают путь на поверхность, чтобы рассказать миру о произошедшем.
Нити вьются, дороги сплетаются. Они ведут в Оплот Ветров, крепость Северных стражей, не тронутую стихией. Командор Стражей принимает гостей. По воле судьбы именно здесь развернётся военный совет. Неясно лишь, с кем воевать.


● Время ожидания поста - 3-ое суток, после которых очередь переходит к следующему игроку. Тот, кто не успел написать пост вовремя не должен ждать круг, чтобы сделать это - он может написать его вне своей очереди.
● Мастер эпизода (Aengus) будет уведомлять о вашей очереди писать пост каждый круг.

0

2

2:45, 10/06/1200

   Ночь. Темно. Холодно. У маленького костра, разведенного на поляне, сидят мужчины. Они говорят тихо, посмеиваются, рассказывают шутки, кажется и, то и дело, оглядываются по сторонам, слыша любой шорох.
   — В этих краях развелось слишком много монстров, — пробормотал Ангус, подкидывая в костер сухое полено.
   — И не говори, командир, — ответил ему мужчина со шрамом на лице и лег спать, спрятав карты в карман. Остальные тоже потихоньку начали собираться, шурша покрывалами, ругаясь и сквернословя и спотыкаясь о камни, которых не видно в темноте.
   У костра Ангус остался один. Положив рядом с собой меч и оперевшись спиной о дерево, он удобно устроился на своем шерстяном одеяле и внимательно вгляделся в темноту леса. Его отряд возвращается в крепость после долгого похода по графству Железные холмы, десятки жителей деревень которого снова стали жертвами чудовищ с Троп.
   Три месяца назад в крепость поступило разом чуть ли полсотни писем. Твари разбушевались в последнее время. Уже не боятся света — выползают на поверхность в полдень и утаскивают крестьян под землю прямо с полей. "Поминай как звали", — повторяют как один старейшины деревень, когда Ангус приводит свой отряд. Им и так-то не просто живется в этих краях. А тут еще и чудовища. Никто не знает, откуда они появились в этом мире. В Западном королевстве верят, что во всем виновата магия.
   — Эй, командир, — спросил мужчина со шрамом. Он маг. — Как думаешь, тот мужик справится?
   — У него жену убили на его глазах, — ответил Ангус. — Я бы не справился.
   Уже семь лет Ангус служит в ордене. За это время он повидал всякое. На его глазах умирали дети, зараженные пауками с Троп, и рвали на части крестьян глубинные охотники, случайно вылезшие на поверхность и перепугавшиеся солнечного света. Он болел и был почти при смерти, потом выздоравливал и снова отправлялся в походы. Его здоровье подорвано, руки держат меч уже не так крепко, как раньше, но хуже всего - головные боли, страхи и вина, которые мучают его и многих его братьев и сестер, служащих в ордене уже больше пяти лет. Чем больше людей погибает, тем тяжелее становится груз, который лег на плечи защитников северных гор. В последней деревне отряд не смог спасти жену старейшины.
   Послышался шорох, чьи-то легкие шаги. По дороге, в стороне от которой устроился отряд, кто-то медленно шел, постоянно оглядываясь назад. "Что за чертовщина?" — прошептал Ангус. Он пнул ногой мужчину со шрамом и, когда тот проснулся, головой указал ему в сторону дороги: "Ты видишь?". В ответ только молчаливый кивок. "Ночница? Упырь?" — спрашивал Ангус самого себя. Ему и в голову не могло прийти, что это может быть человек. Кто будет бродить по ночному лесу в этих краях? В любых краях кто будет бродить по ночному лесу? Встретить тут можно кого-угодно, начиная от гуля и заканчивая ночницей. Но человека? Вряд ли.
   — Оставайся в лагере. Я проверю, — сказал Ангус и, тихо поднявшись, взяв меч и достав его из ножен, пошел к дороге.
   Темно, как на Тропах, только луна освещает дорогу. В эту ночь она полная и светит словно в последний раз.
   Оглянувшись, королевский отпрыск увидел, что почти все Стражи проснулись и теперь смотрят в его сторону и на дорогу, по которой все еще шагает чья-то черная фигура. Она все-таки была человеческой. По крайней мере, она шагала, как человек, боялась, как человек, и, как оказалось, спешила, как человек, но, видимо, сил у нее уже было мало для быстрого шага.
   — Стой! Назови себя, — проговорил Ангус, выйдя на дорогу. Он направил меч прямо в лицо человеку и снял с его головы капюшон. В черной фигуре он узнал девушку среднего роста. Во всяком случае, как раз рост и длинные волосы говорили в пользу того, что эта была девушка. На ней был плащ, одежда, штаны, кажется, и белая с какими-то пятнами рубашка.

Отредактировано Aengus (2018-01-07 21:41:00)

+2

3

[nick]Faye[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2A21W.gif[/icon] [indent] Ночь. Темно. Холодно.
[indent] Далёкий свет костра и звук мужских голосов разносящихся над тихим лесом напугал Фэй, но не идти к теплу она не сумела, едва перебирая окоченевшими ногами и содрогаясь всем телом. Выбора нет. Замёрзнуть насмерть или понадеяться на то, что среди разбойников можно найти сострадание и приют. Вчера, позавчера и тем более на той неделе Фэй обошла бы их десятой дорогой, пришпорила коня и не останавливалась, пока лагерь не остался далеко позади. Но коня у неё больше не было. Еды тоже. Да и воля к жизни, побудившая бежать из родного дома, мало-помалу начала угасать. Если это — альтернатива липким старческим объятиям и гнилому дыханию супруга, нужно ли "это" ей? По силам ли? Не прошло и недели с её бегства, а она уже лишилась почти всего. Только честь сохранить и удалось. Но каждый шаг приближал к новой потере.
[indent] "Мне, быть может, дадут поесть", — успокоила Фэй себя, — "Если не решат, что экономнее прирезать".
[indent] Если бы она знала, где находится, она бы попыталась найти таверну и уповать на милость хозяев. Но она шла целый день и за всё это время не встретила на дороге ни единой разумной живой души. Ни деревни, ни постоялого двора, ни путников. Как будто всё вокруг вымерло на мили окрест. Фэй не умела охотиться, поэтому не надеялась раздобыть себе еду сама. Иногда ей попадались кусты с дикими лесными ягодами, но от неспелых ягод быстро заболел желудок и свело зубы. Орехов она не нашла. Птичьих гнёзд с яйцами — тоже. Попыталась подкараулить и изловить зайца возле обнаруженной норки, но просидела в засаде битый час, а зверёк и не подумал появиться. Может, учуял запах человека и затаился, следя за нею так же внимательно, как она следила за его домом.
[indent] С непривычки Фэй сбила ноги от долгой ходьбы и прихрамывала. Когда начало темнеть, поблизости не оказалось ни одного подходящего для ночлега укрытия. Фэй боялась углубляться в лес, чтобы не стать добычей диких животных. Разводить костёр она не умела. Спать на дереве было слишком страшно. А ну как упадёшь? И она шла, не надеясь, впрочем, никуда выйти и догадываясь, что вскоре рухнет от изнеможения прямо на дороге и заснёт вечным сном.
[indent] Костёр стал маяком. Магнитом. Доказательством существования других людей в этом сером и неприветливом крае. Надеждой — слабой и неверной, но единственной.
[indent] Когда она приблизилась достаточно чтобы можно было сосчитать собравшихся на привале мужчин, один из них оторвался от земли и в несколько шагов сократил остававшееся между ними расстояние. В лунном свете блеснула сталь, а в следующую секунду с головы Фэй бесцеремонно сорвали капюшон плаща, за которым она прятала лицо. Фэй была так истощена и утомлена, что даже не ощутила испуг в полной мере. Мужчина, на две головы выше её и в два раза шире мог проткнуть её мечом и не заметить, а она не испугалась. Медленно и словно нехотя подняла руки на уровень глаз и вскинула подбородок, слишком гордая, чтобы умирать в слезах и животном ужасе. У неё на поясе висел маленький нож, но она даже не подумала достать его. Всё равно бы не успела. Да и что сделала бы? Перерезала себе горло раньше него?
[indent] — Меня зовут Фэй, — произнесла она твёрже, чем можно было ожидать, — Я не создам неприятностей. Я просто... устала, замёрзла и хотела бы погреться возле вашего костра.
[indent] Фэй попыталась поймать взгляд незнакомого мужчины, но в темноте едва различала его лицо. Высокий, широкий, угрожающе решительный.
[indent] — Пожалуйста.
[indent] Голос подвёл и предательски сорвался, если и не демонстрируя всю степень отчаяния, то её эхо — наверняка.
[indent] — У меня нет денег, чтобы заплатить вам за гостеприимство, но я...
[indent] "Что я? Что? Скажи, трусиха! Или это тебе не по зубам? Вернёшься домой, к ненавистной жизни и старику-жениху? Даже он тобою побрезгует после этого побега. Никому ты теперь не нужна. Никому".
[indent] — ... я могу отплатить иначе. Как захотите.
[indent] В животе стало гадко и мерзко, хуже, чем после неспелых ягод, но Фэй дошла до последнего рубежа и уже не собиралась отказываться от своих слов. Лишь бы согреться и поесть да набраться сил, а там можно будет попробовать убежать.

+2

4

— Ты с ума сошла? — нахмурился Ангус, услышав ее предложение.
   Это был человек, девушка, среднего роста. Напуганная, голодная, грязная - от нее плохо пахло - и очень гордая, до того гордая, что на поясе она носила кинжал, который угрожающе поблескивал в темноте. Она говорила спокойно и, если бы было светло, глядела бы в глаза Ангусу решительно и важно. Но голос ее все-таки дрогнул. С губ сорвалось предложение гнусное и грязное, но Ангус почему-то верил, что это она от отчаяния, а не серьезно.
   — Откуда ты? Куда направляешься? — продолжал он свой допрос, так и не убрав меча от лица девушки.
   — Ангус... - вдруг послышалось за его спиной.
   Из зарослей вышел маг со шрамом. В руках он держал сделанный на скорую руку факел.
   На дороге стояла девушка в перепачканной одежде и грязными волосами, запутавшимися в гнездо. У нее были впалые щеки, голодный взгляд и болезненный вид. Удивленно вскинув бровь, королевский отпрыск убрал меч, и снова посмотрел на девушку. Кто она такая? Что с ней произошло? От кого бежит? Ее деревню разрушили монстры и ее родным нужна помощь, но она не знает, как попросить об этом? "А еще она может быть преступницей", — возразил Ангус сам себе. Но делать нечего. Клятва ордена велит Стражам помогать всем нуждающимся. А эта девушка очень похожа на нуждающуюся.
   — Это я возьму себе, — сказал Ангус и забрал у Фэй кинжал. — А теперь пойдем, — он схватил ее за локоть и потащил к костру, постоянно оглядываясь. На полях у деревни, расположенной, как помнил Ангус, всего в паре миль от стоянки отряда, послышался чей-то нечеловеческий крик - проснулась полуночница.
   — Располагайся, — проговорил Ангус и усадил Фэй на бревно, на котором лежал еще один шерстяной плед в цветную клетку.
   Не стесняясь, отряд разглядывал девушку. Они наблюдали за тем, как она садится, берет в руки миску. Они наблюдали за Ангусом, который снова устроился, кряхтя и хватаясь то за спину, то за колено, на своем месте у дерева. Но, впрочем, очень быстро они снова заснули, отвернувшись от костра лицом к темному лесу.
   — Чем богаты, — пожал плечами королевский отпрыск.
   В мисках, одну из которых Фэй дали прямо в руки, а другую поставили на бревно, был суп из дичи и жареное мясо. В долгих походах и не такому научишься.
   Вдали все еще был слышен заунывный плач ночницы. "Придется после возвращения в крепость отправить кого-нибудь в деревню," — подумал Ангус. Он уже давно не слышал просто звуков, свойственных ночи, — воя волков, стрекотания сверчков и шуршания колосьев пшеницы и листьев деревьев. С каждым днем мир вокруг все сильнее погружается во мрак.
   — Я Ангус. Из Стражей подземелий. Вместе с отрядом возвращаюсь в крепость после долгого похода по графству, — проговорил Ангус. — Я подумал, что тоже должен назвать себя.
   В металле лежавшего у соседнего дерева щита с символом ордена отражался огонь костра.
   — Откуда ты? От кого бежишь? Убила кого-то? Украла что-нибудь? Спалила дом? — глядя на щит, продолжал королевский отпрыск. Когда отряды ордена путешествуют, к ним может присоединиться какой-нибудь путник. Ему задают такие же вопросы.
   — Не бойся. Тут все бегут от чего-нибудь. Некоторые — от себя, — пожал плечами Ангус.
   В его отряде были воры, убийцы и те, кто оказался не в том месте и не в то время. Он знал прошлое каждого из них. Так что вряд ли эта девица удивит его рассказом о своем.
   Зевнув, королевский отпрыск вытянул ноги и укрыл их куском своего покрывала. Он промочил их, когда ходил на ближайший пруд за водой. Теперь они болели. Еще ныла спина и ломало кости во всем теле. Ему всего двадцать семь, но чувствует он себя на пятьдесят и к тому же глубоко несчастным — сказывается плохой сон. Его брат знал, что делал, когда отсылал его в орден семь лет назад. Если Ангуса не убьют чудовища, то он точно подохнет от какой-нибудь заразы, хоть от той же простуды. Ему перестали помогать даже снадобья Урсулы, как бы она не старалась совершенствовать их.
   — Чертовщина какая-то... — пробормотал Ангус, когда снова послышался крик. — Как взбесились... — покачал он головой.
   Но это уже был другой крик, и доносился он с другого поля.

Отредактировано Aengus (2017-12-10 02:36:46)

+3

5

Стоя с поднятыми руками, Фэй испуганно наблюдает за мужчиной и направленным ей в лицо мечом. Здравый смысл советует бежать, но сил на побег нет, поэтому ей ничего не остается кроме как продолжать играть в гляделки.
С ума сошла? — риторический вопрос, и сталь в руке мужчины переливается в лунном свете металлическим блеском. Фэй замечает остроту лезвия и от этого ей становится не по себе. Однажды ей довелось быть свидетелем, как Ричард пробовал свой новый меч, подаренный на совершеннолетие. Меч был настолько острый, что с одного удара смог перерубить свиную тушу. Зрелище было ужасным и впечатляющим одновременно, поэтому последнее о чем сейчас мечтала леди Хмельного леса — повторить судьбу той тушки.
   Завороженно наблюдая за игрой света, она не сразу осознала, что ей был задан вопрос. Какой, она не услышала, полностью погрузившись в воспоминания. С усилием она отводит взгляд от меча и затравленно смотрит на незнакомца, не решаясь попросить его повторить. От его беспристрастного взгляда девушка чувствует, как ее медленно накрывает паника. Глаза расширяются, а сердцебиение и дыхание учащаются.
   Чуть в стороне раздается хруст ветки и из-за спины незнакомца появляется еще один мужчина. Он был старше и лицо его украшал шрам. В его руках горел факел, от света которого Фэй начала щуриться. При свете факела встреченные мужчины выглядели менее угрожающее, видимо такого мнения придерживались и они сами в отношении Фэй, так как Ангус - именно так назвал блондина мужчина со шрамом, - наконец опустил свой меч, позволив девушке вздохнуть с облегчением и опустить затекшие руки.
Это я возьму себе, — и с этими словами Фэй лишилась единственного своего оружия. Она попыталась было перехватить нож раньше, но мужчина оказался проворней, после чего ее схватили за локоть и грубо потащили в сторону лагеря. Когда крепкие пальцы сомкнулись на руке, Фэй, повинуясь инстинктам, попыталась высвободиться, но тщетно. Тогда она стала упираться, но, учитывая, что она и Ангус находились в разных весовых категориях, и эти усилия были проигнорированы.
   Ее привели в лагерь и грубо усадили на бревно перед костром, вокруг которого находилось еще несколько мужчин, которые спросонья переводили удивленные взгляды то на Фэй, то на Ангуса, который как ни в чем не бывало занял место под деревом.
   Фэй настороженно разглядывает собравшихся за костром мужчин, и они отвечали ей взаимностью. Став объектом пристального внимания, девушка почувствовала себя не в своей тарелке и попыталась скрыть мужские брюки, которые облегали то, что облегать не должны, под длинными полами плаща. В Дар Риале к женщинам в мужском костюме относились лояльно, но среди высшего общества считалось ужасным проступком, которое ставило под сомнение любое будущее замужество.
«Как и побег из дома.»
Ее новые знакомые оказались на редкость радушными. Пока она опасливо озиралась по сторонам, мужчина со шрамом всучил ей две миски с едой и вернулся на свое место досматривать прерванный сон. Его примеру последовали остальные. Бодрствовать остались Фэй и Ангус, который видимо нес вахту.
   Девушка, не зная, что делать, принялась рассматривать свой скромный ужин, состоящий из супа и жаркого. В другое время она бы такое даже есть не стала, но сейчас эта еда ей казалась пищей богов, от аромата которой желудок скрутил голодный спазм.
Я Ангус. Из Стражей подземелий. Вместе с отрядом возвращаюсь в крепость после долгого похода по графству. Я подумал, что тоже должен назвать себя.
   Фэй отвлекается от созерцания содержимого мисок и поднимает взгляд на Ангуса. В свете костра мужчина выглядел не так устрашающе, как несколько минут назад в темном лесу. На вид ему было лет тридцать, а не сорок, как показалось вначале. А еще его лицо показалось девушке смутно знакомым, но вот где она могла его видеть, Фэй вспомнить не смогла.
Откуда ты? От кого бежишь? Убила кого-то? Украла что-нибудь? Спалила дом? Не бойся. Тут все бегут от чего-нибудь. Некоторые — от себя.
   Фэй молчала, не зная, что ответить. Рассказывать правду первому встречному не хотелось, пусть даже он из Стражей подземелий, поэтому она снова принялась рассматривать жаркое, которые остыв начинало покрываться тонким слоем жира.
Я не преступница и я не бегу, — не отрывая взгляда от миски начала Фэй, — Я просто заблудилась. Восемь дней назад вместе с торговым караваном я покинула Эрит, что в Хмельном лесе. Мы везли персиковый бренди, виски и пушнину в Железные холмы. Но три дня назад на горном перевале встретили крестьянина. Он сказал, что дорога разрушена оползнем и нужно идти по обходному пути. Мы его поблагодарили и пошли по указанной дороге. Только это была ловушка. После дня пути на нас напали из засады. Охрана была перебита, а меня и еще нескольких людей взяли в плен…
   Договорить она не смогла, ее перебил Ангус, которого отвлек крик полуночницы. Она посмотрела в сторону ночного леса, откуда примерно доносился звук, но лес словно замер. За исключением крика, не было слышно ни единого звука, так свойственных ночному лесу. Жизнь словно замерла в ожидании чего-то. Чего-то страшного. От мысли об этом внутри девушки все сжалось.
Что это за крики?

Отредактировано Faye (2018-01-07 01:10:01)

+2

6


   Дослушав рассказ, страж только усмехнулся: "Занятно", - проговорил он и прикрыл глаза. Если бы Ангус не знал, сколько дней пути лежит от Хмельного леса до столицы Железных холмов, то, конечно, поверил бы, но девчонка точно врала. Она шла по одной из немногих дорог, которая вела в Баерстон. На этой дороге еще до Баерстона лежат несколько маленьких деревень. Кто-нибудь уж точно сказал бы девчонке, что она ей надо в ту сторону. Но все же осторожность Ангус считал хорошим качеством, так что больше не задавал вопросов. Если уж девчонка, как она говорит, заблудилась, завтра он укажет ей дорогу.
   — Полуночница, — ответил Ангус. — Ты путешествуешь с караванами, но при этом не знаешь, как она кричит? — рассмеялся он. — Ладно, ложись спать. Утро вечера мудренее. Вон у того дерева лежит шкура. Поспи там, — указал королевский отпрыск на спальное место, расположенное рядом с тонким шерстяным покрывалом, на котором спал страж со шрамом.
   В лагере стало очень тихо. Только треск костра, сонное сопение и сухой кашель стражей — месяц кому-то придется провести безвылазно в замке. В этих землях легко подхватить какую-нибудь заразу. На полях все еще кричала полуночница. Только взойдет солнце, и она заснет, чтобы следующей ночью снова выйти на поля в поисках загулявшего пьяницы.
   Укутавшись в одеяло, Ангус задремал.

5:48, 10/06/1200

   — Нас уже заждались, — протянул страж со шрамом, сворачивая свое покрывало.
   — Ага, особенно твоя Урсула, — посмеялась Арил.
   За тяжелыми доспехами и собранными в тугой пучок грязными волосами не сразу можно было заметить, что она женщина. Но Арил была самой что ни на есть настоящей женщиной. Только шутила она по-мужскому глупо, пила много пива и терпеть не могла говорить о своем прошлом. Всякое упоминание о том, что было до ордена, вызывало где-то в районе груди странное чувство, к горлу же поступал комок, и из сильного воина Арил превращалась в ребенка. "У тебя глаза, как у ребенка", — говорил ей страж со шрамом в такие моменты, за что всегда получал тяжелой перчаткой по голове.
   - Больше дела, меньше разговоров, — пробубнил Ангус.
   Наспех съев хлеб и запив его водой, он теперь собирался, корчась от боли в желудке. Как на зло, закончились все зелья.
   Как только лошадь была собрана, королевский отпрыск достал из дорожной сумки потрепанную карту и, сделав на ней несколько пометок, отдал Фэй.
   — Тебе надо в Тум, — проговорил он и показал пальцем в ту сторону, откуда пришла вчера Фэй. — Дойдешь до туда, загляни в конюшню. Найди там Дулана и скажи, что от меня. Раз в неделю в сторону Хмельного леса должны ходить повозки, — уточнил Ангус. — И вот, — достал он из внутреннего кармана плаща кинжал и отдал его Фэй. "Я ж не вор", — зачем-то про себя уточнил королевский отпрыск.
   Он вернулся к лошади и продолжил проверять сумки. С озера неподалеку вернулись пара стражей, которые кашляли сегодня ночью. У них были мокрые волосы и лица. Но выглядели они свежее, чем вчера. Под глазами не так сильно были заметны синяки. Сев на лошадей, стражи выехали на дорогу. За ним последовали остальные. На поляне остались только королевский отпрыск и девчонка.
   — Знаешь, — вдруг сказал он, — я бы поверил, что ты заблудилась, но из Хмельного леса до того же Прилора дней девять пути галопом, а от Прилора до Тума — еще три дня. Торговые караваны, как правило, тратят времени в полтора раза больше.
   Посмотрев на Фэй, Ангус продолжил: "Я ни в чем тебя не виню. Наверное, я бы тоже соврал".
   Прислушавшись, с удивлением королевский отпрыск заметил, что лес по-прежнему как-будто погружен в сон. Крика полуночницы слышно уже не было, но не было слышно и шелеста деревьев, и петухов в деревне. Еще никогда в Железных горах не было такой тишины. "Странно", — подумал Ангус. Как-то все это очень подозрительно. Он встретил Фэй, затем вот это, полуночница, разрывающаяся от криков. Даже она была сегодня как-будто напуганная.
   — Вон в той стороне твой Хмельной лес, - проговорил Ангус и вскочил на лошадь. — Бывай и береги себя, — пожелал он Фэй и тоже выехал на дорогу. Другие стражи уже успели проехать, наверное, полкилометра. Их черные фигуры выглядели действительно устрашающе на фоне серых гор, светло-голубого неба и желтого солнца.

Отредактировано Aengus (2018-01-07 22:10:47)

+2

7

- Это мое первое путешествие, - ели слышно произнесла Фэй, больше обращаясь к миске в руках, чем к повеселевшему Ангусу, которого явно забавляла невежественность баронской дочери. Его слова задели, но ссора – последнее, что сейчас требовалась Фэй, поэтому она, наступив на горло собственной гордости, нацепила на лицо улыбку типичной дурочки и слегка пожала плечами, как бы говоря: «Я девочка. Мое дело – красиво платья носить.»
Ангус тем временем рекомендовал ложиться спать, на что девчонка ответила легким кивком.
- Спасибо за помощь и приятных снов, - эти слова уже были обращены к затылку блондина, который, последовав своему
совету, завернулся в одеяло и приготовился отойти в царство снов.
   Фэй отвернулась к костру и наконец попробовала предложенную пищу, которая уже успела остыть. Но даже холодной, еда была просто божественной, особенно мясо, хотя в другое время оно могло показаться жестким. Сидя с вытянутыми ногами, девушка рассматривала спящих людей, поражаясь их беспечности. Ведь, окажись она убийцей или разбойницей, ей не составило бы труда перебить весь этот маленький отряд. Они даже не удосужились проверить, действительно ли она одна. В кустах ведь могли прятаться другие разбойники и им ничего не стоило бы застать воинов врасплох. Генрих называл это элементом неожиданности. Он всегда говорил, что при неожиданном нападении враг теряет инициативу, а это может быть решающим фактором в сражении. Воспоминания о брате вызвали в душе щемящее чувство тоски. Она ведь никогда его больше не увидит, как не увидит маму, Ричарда, маленьких племянников и Эдварда. Да, она тосковала даже по старшему брату, который, как она считала, предал ее. От мыслей о брошенной семье она медленно перешла к мыслям о собственном будущем. Нужно честно признаться, ее идеальный план побега оказался не таким уж и идеальным. Да, ей удалось сбежать, но что дальше? Она сидит посреди леса, в компании неизвестных людей, который называют себя Стражами подземелий, неизвестно где и без руда в кармане. Ах да, не стоит забывать про конфискованное оружие.
   Тяжело вздохнув, она потерла уставшие глаза. Зря она отправилась к тетке, нужно было ехать в столицу к Ричарду. Уж он бы точно что-нибудь придумал. С другой стороны, в столице больше знакомых, а значит кто-то обязательно доложит брату и тогда скандала не избежать.
   Фэй отставила миску в сторону – есть совершенно перехотелось – и обхватила голову руками -«Боги, что я наделала. Брат мне голову оторвет, когда поймает.» - после чего спустилась на землю, обхватила колени руками и уткнулась в них лицом – в такой позе лучше всего себя жалеть. Выбор у нее было небольшой: вернуться домой или умереть. О возвращение домой и речи быть не могло. Брат так на нее разозлится, что максимум, на что Фэй можно будет рассчитывать – это роль прислуги, если он вообще не сошлет ее куда-нибудь. Не поможет даже заступничество матери, если она вообще решит ее защищать. Вариант с замужеством тоже отпадает. Ни один уважаемый мужчина не свяжет себя узами брака с беглянкой. Попытаться выжить? В лесу это точно невозможно, не с ее талантами. Можно попытать счастье в городе. Она хорошо шьет и вышивает. Можно будет устроиться швеей или стать менестрелем, благо голосом и слухом не обделена. А может вообще поддаться в торговцы или подмастерьем. А что? Законы знает, торговать умеет, а еще неплохой счетовод. Наверно, с таким набором в столице графства она точно сможет выжить.
- Не спиться?
   За спиной раздался женский голос, тихий и немного хриплый. От неожиданности Фэй резко выпрямилась и почувствовала, как по спине побежали мурашки.
«Полуночница.»
   Слова Ангуса и деревенские байки сделали свое дело. Ни на секунду Фэй не усомнилась в том, что за ее спиной злой дух – шагов же не было слышно. От этой мысли внутри все сжалось и страх холодной волной прокатился по телу. Девушка побледнела и замерла, затаив дыхание и вслушиваясь, боясь даже шелохнуться. Она попыталась закричать, чтобы разбудить остальных, но голос предательски сел. Нужно было что-то сделать, поэтому она принялась лихорадочно искать глазами, что можно использовать в качестве оружия, но кроме догорающего полена, ничего подходящего не было.
Собрав остатки самообладания, девушка медленно поворачивается всем телом, перемещаясь ближе к костру, чтобы была возможность схватить полено, и ее глаза расширяются от удивления.
- Я спрашиваю, не спиться? – повторяет вопрос женщина, лежащая на одном из покрывал чуть в стороне от основного лагеря. Она, как и остальные, тоже была из Стражей, но Фэй ее не заметила, когда оказалась в лагере.
   Увидев, что перед ней живой человек, а не дух, девушка расслабилась и почувствовала себя редкой дурой. Вот бы она опозорилась, если бы закричала. Губы тронула нервная улыбка и она отрицательно помотала головой своей ночной собеседнице.
Женщина встала и потянулась, разминая затекшие мышцы. После взяла меч и присела к огню рядом с Фэй.
- И мне. Уже столько лет в Страже, а все никак не могу засыпать как эти, - и жестом указала на спящих мужчин. – Меня кстати Арил зовут.
- Фэй. Очень приятно.
   Арил внимательно изучала сидевшую перед ней беглянку. От ее острого взгляда не скрылся ни синяк на ключице, ни небольшой порез на шее, который Фэй попыталась прикрыть волосами.
- У тебя такой вид, словно ты через бурелом пробиралась. Да и не обижайся, но пахнет от тебя не розами. – после чего еще раз внимательно посмотрела на Фэй, склонив голову по птичьи на бок. Задумчиво потерла подбородок и произнесла, - Пойдем, знаю я одно хорошее средство от бессонницы.
   С этими словами женщина встала, подошла к своей лежанке и, взяв седельную сумку, закинула себе на плечо. Вернувшись к костру, она пнула сапогом мужчину со шрамом. Тут выругался и проснулся.
- Мы скоро придем, а ты будь паинькой и присмотри за лагерем. – после чего бодрым шагом направилась в темную чащу леса.
Фэй ничего не оставалось, как последовать за ней.
   Спустя непродолжительное блуждание по лесу, во время которого Фэй умудрилась два раза споткнуться и один раз упасть, они вышли к небольшому озеру, по берегам которого росли рогоз и дикие ирисы. В лунном свете, рассекая водную гладь, скользили водомерки.
- Вот мы и пришли, - констатировала Арил и без всякого стеснения стала снимать одежду.
   От подобной раскрепощенности леди Хмельного леса растерялась и поспешила отвести взгляд. Она рассматривала озеро, пока до ее слуха доносился шорох снимаемой одежды. Было в этой безмятежной водной глади что-то зловещее. Вроде бы обычное озеро, но жизнь здесь, как и в лесу, словно замерла. Не было слышно лягушек, которые в это время года обычно устраивают концерты,плещущейся рыбы, которая бы охотилась на водомерок. Мир вокруг как будто замер в ожидании чего-то.
   Раздался плеск воды, Фэй поспешила перевести взгляд на лес.
- Присоединяйся, вода просто превосходная. – донеслось со стороны озера.
   Фэй нехотя повернулась и посмотрела на плескавшуюся в воде Арил, которая весело махала рукой предлагая присоединиться.
Поджав губы, девушка пошла в сторону берега. Скинув сапоги и плащ, она принялась медленно развязывать шнурки на рубашке, стараясь уличить момент, когда Арил отвернется. Когда же шанс представился, то быстрым движением сняла тонкую длинную цепочку с шеи и таким же быстрым движением засунула в карман брюк. После быстро сняла оставшуюся одежду и поспешила залезть в воду.
   Арил не обманула, вода действительно была превосходной: по-летнему теплой и освежающей. И это действительно было то, что нужно. Тело расслабилось, усталость начала проходить и даже собственное будущее начало казаться не таким уж мрачным. Чтобы окончательно прогнать грустные мысли, Фэй нырнула с головой. Стоило вынырнуть, как раздался осуждающий голос ее спутницы:
- Зря ты так. Простудишься, ночью может похолодать
- Не самая ужасная перспектива, - грустно усмехнулась девушка.

   Арил уже собиралась, когда Фэй, сидя почти у самого берега, очищала кожу мелким прибрежным песком. Наблюдая за круговыми движениями собственных рук, она впервые за долгое время ни о чем не думала. Из этого состояния ее вывел голос стража.
- Я пойду. Ты дорогу сама найдешь? – Фэй утвердительно кивнула, - Хорошо. Вот, возьми это.
Женщина подошла к своей сумке, достала комплект чистой одежды и кинула рядом с вещами Фэй. Девушка удивленно вскинула бровь и поинтересовалась
- Зачем ты это делаешь? Зачем вы все это делаете?
- Ты о чем?
- Помогаете? Ты, Ангус, даже тот со шрамом.
Арил улыбнулась.
- Таков долг стража. Помогать. – подмигнув, Арил ушла, оставив Фэй одну.
«Все-таки странные эти стражи.»

   Было уже сильно за полночь, когда Фэй вернулась в лагерь. Все спали, за исключением Арил, которая несла свою вахту. Заметив приближение девчонки, она помахала рукой, как бы говоря «я рада, что тебя не утащила полуночница». Фэй улыбнулась в ответ и направилась к своему спальному месту.
«Может боги не так уж и ненавидят меня?» – пронеслось в голове перед тем как Фэй заснула.

5:48 10/06/1200

  Фэй сидела на бревне перед догорающим костром и расчесывала длинные волосы гребнем, который одолжила у своей новой знакомой. Все-таки спать с мокрой головой было плохой идеей. Волосы спутались и теперь не хотели приводиться в порядок, поэтому Фэй тихо сопя  вела с ними неравный бой, пока стражи вокруг собирали свои скромные пожитки и готовились продолжить путь. Спустя некоторое время, ей все-таки удалось навести некоторое подобие порядка на голове и заплести косу. Оценив новую прическу как удовлетворительную, она вернула гребень его законной владелице и принялась собираться, хотя собирать особо нечего было.
- Тебе надо в Тум, - раздался над головой голос Ангуса и в руках оказалась карта с какими-то пометками.
   Слушая его, Фэй непонимающе смотрела то на мужчину, то на карту. Кто такой этот Дулан и зачем к нему вообще обращаться? И что самое главное, зачем он упомянул повозки до Хмельного леса, туда Фэй точно возвращаться не собиралась. Закончив давать указания, Ангус вернул конфискованный нож и направился в сторону свой лошади. Наученная горьким опытом, девушка тут же спрятала свое оружие, но не на пояс, а в голенище сапога. Там хотя бы не сразу найдут. После принялась изучать отметки на карте, чтобы понять где она находится. Увиденное заставило удивиться. Генрих всегда говорил, что у его сестры географический кретинизм, но Фэй всегда воспринимала это за издевку. Теперь же в кретинизме сомневаться не приходилось, учитывая расстояние между ней и ее целью.
- Знаешь, я бы поверил, что ты заблудилась, - Фэй подняла глаза и тут же опустила их в землю, как нашкодивший ребенок, стоило Ангусу продолжить свою речь. Ей было стыдно. Стыдно до такой степени, что единственным желанием было провалиться под землю. Одновременно со стыдом пришла злость. Почему ей вообще должно быть стыдно за свой поступок? Как будто она обязана изливать душу первому встречному в темном лесу. Она уже собиралась высказать это вслух, но, когда Ангус сказал, что понимает ее, на душе стало только хуже. Лучше бы он лекцию прочитал о том, что врать не хорошо.
   Ангус ушел, оставив Фэй наедине с совестью. Она слышала, как он забирается на лошадь и направляется вслед ушедшим товарищам.
   Фэй еще раз взглянула на карту, задвигая муки совести на второй план. До Тума несколько дней пути. По лесу. Она посмотрела на неприветливый лес и снова принялась изучать карту. Перспектива бродить по чаще ей не нравилась. Очень. Поэтому, когда она заметила на карте Баерстан, в голове сразу же возникла идея.
- Подожди, - почти прокричала девушка в след Ангусу.
Когда всадник остановился и Фэй поспешила к нему. Поравнявшись, она взяла лошадь под уздцы, и снова обратилась к мужчине.
- Знаю, ты мне не веришь, но позволь мне отправиться с вами в Баерстан? Я могу заплатить, - но припомнив их встречу, сразу поспешила добавить, - нормально заплатить.
   С этими словами она достала из-под рубашки цепочку, на которой висело кольцо, сняла ее и протянула кольцо мужчине. Это было тонкое женское колечко из розового золота, украшенное одним небольшим бриллиантом и несколькими мелкими. Кольцо, подарок на помолвку от несостоявшегося мужа, было выполнено лучшими хаммадскими мастерами и стоило целое состояние.
- Ты за него можешь выручить хорошие деньги. Все чего я прошу сопроводить меня до Баерстана, а по прибытию в деревню попрошу лошадь и немного наличности. Не переживай денег много мне не нужно, только на дорогу до Тума. Стоимость этого кольца полностью покроет убытки. Сразу предвижу твой вопрос и нет, кольцо не ворованное. Оно мое и это был подарок, с которым мне не жалко расставаться. Что скажешь? Я вам не помешаю, даю слово.

+2


Вы здесь » Velmaren. Broken Crown » Печать настоящего » рх2.01 Проклятие подземелий