Добро пожаловать в Вельмарен! Годы мира, построенного на огне и крови, практически закончились и слишком много людей не желают его продлевать. В Подземных тропах зреет восстание и заговоры против вардрийцев и трех королевств. Маги, сполна испившие человеческой жестокости, готовы объявить открытую войну. Но все это не имеет значения: если пробудится древнее зло - уже не будет ни врагов, ни союзов...
Время коня (июнь), 1200 год
Вверх Вниз

Velmaren. Broken Crown

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Velmaren. Broken Crown » Печать настоящего » рх1.02 Ужин со вкусом смерти


рх1.02 Ужин со вкусом смерти

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

рх1.02 Ужин со вкусом смерти


05/06/1200
Золотые сады, Рованчестер

-- --- --
Igraine Howard, Duncan Crowl, Ragnhild, Sylvie Devero, Aussätzige Richard


Пир в честь короля Элинейра должен проходить с невиданным размахом: только высшее общество, лучшие повара королевства, самые роскошные яства и, разумеется, максимально усиленная охрана. Ничего не предвещало беды, пока один из гостей не обнаружил среди мясных блюд весьма необычную находку - человеческий палец. Спустя некоторое время выясняется, что несколько блюд получились чуть более экзотическими, чем предполагалось ранее - человечина оказывается одним из основных ингредиентов. Пока стража искала виновника в чертогах королевского замка, высокородные гости стали искать виновника среди своих - или чужих, смотря с какой стороны смотреть на происходящее. Ведь и в Элинейре и в Рованчестере всегда найдутся те, кто считает аппетиты своих монархов чересчур дикими, а потому и кормить их нужно соответствующим образом.


● Время ожидания поста - 3-ое суток, после которых очередь переходит к следующему игроку. Тот, кто не успел написать пост вовремя не должен ждать круг, чтобы сделать это - он может написать его вне своей очереди.
● Мастер эпизода (Ragnhild) будет уведомлять о вашей очереди писать пост каждый круг.

0

2

[indent] За всю свою насыщенную и весьма не короткую жизнь Игрейн успела посетить множество различных празднований как в Рованчестере, так и за его пределами. Все они были столь разными, словно святым долгом каждого аристократа было либо переплюнуть соседа, либо, на худой конец, отличиться, и всё же они были одинаковы. Даже когда ворон принес письмо с гербом Бреннанов, Говард уже примерно знала по какому сценарию пройдет празднование, кто на нём будет, и какими будут беседы в том или ином уголке зала. Если, каким-то чудом, этот заложенный веками порядок нарушался, то это было вообще чем-то из ряда вон и происходило очень редко.
[indent] Впрочем, невзирая на схожесть подобных торжеств, стоило отдать должное Её Величеству - пир в честь визита монарха другого государства был организован по высшему разряду, а его размах просто поражал воображение. Музыка не умолкала весь вечер, как и веселый смех гостей торжества, столы ломились от блюд с разнообразными яствами, а глаза от сего разнообразия разбегались. Властители государств, спустя некоторое время, ожидаемо покинули торжество, ведь для юного наследника престола время уже было несколько поздним, да и почетные гости прибыли издалека не для того, чтоб испить рованчестерских вин.
[indent] Всех приглашенных лордов и леди Великих домов она знала, как и их отпрысков, та же ситуация была и с многими младшими лордами, посему особого интереса они не вызывали, а вот правители Элинейра очень даже наоборот. Хоть ведьма и была родом из этого королевства, короля ей прежде видеть не доводилось - ни нынешнего, ни предыдущего. Любопытство было оправдано: хотелось воочию взглянуть на того, кто с поразительной лёгкостью и так беспечно возомнил себя равным Богам, раз считал себя вправе менять человеческую природу. Веками на территории южных соседей власть Ордена храмовников калечила людские судьбы лишь за то, что они отличались от других, но от храмовников можно было сбежать, а ещё, с ними можно было бороться. И раз уж ты выбирал второе, то мог рассчитывать хотя бы на иллюзию справедливой борьбы, а после ты либо побеждал, либо погибал, но хотя бы со знанием, что ты пытался и делал это до последнего удара сердца.
[indent] Этот же человек... Даже если собрать воедино жестокость всех храмовников, живущих в Вельмарене, она ни в какое сравнение не будет идти с жестокостью этого мужчины. Интересно, он сам это понимал? Задумывался хотя бы на минуту? Забирать у магов то, что даровано им Богами, назвав это варварство столь благородными словами - Ритуал Очищения. От чего? Для колдуна без сил каждый день подобен прогулке по преисподней, смерть была бы куда милостивее, только отчего-то эти люди считали, что наоборот исцеляют.
[indent] Игрейн смотрела на приятные мужские черты, искала ответы и не находила; смотрела на милое лицо юной супруги короля, ни секунды не веря в читаемую на нём невинность. Всего лишь люди, совершающие ошибки, как и все остальные, но ошибки эти слишком дорого стоят. Она знала историю их рода, знала, что именно из-за колдовства король потерял одного из своих сыновей, и это горько. Но и она в своё время потеряла сына, как и собственных родителей, по вине короны. И помимо неё, история знала ещё тысячи подобных случаев, когда страдали невинные. Этому нет конца. Вот только король посчитал себя вправе менять природу вещей, очищая людей от недуга под названием магия, похоже, взаправду считая, что поступает справедливо. Только наверняка, в этом ведьма была уверена, не подумал об одной простой вещи - как всё переменится и что станет с его властью, когда маги посчитают себя вправе очистить мир от недуга под названием Лакруа, потому что это будет в равной степени справедливо.
[indent] Именно с такими мыслями леди Игрейн Говард провела добрую часть пира, вполуха слушая беседу Рагнхильд и своих дочерей, и иногда отвлекаясь на разговоры мужчин. Не нравился ей этот визит гостей с южных земель, и уж тем более не нравились будущие возможные союзы. Слишком уж непривлекательно выглядит это будущее. Леди Огненных берегов знала, что далеко не все влиятельные дома поддерживают королеву-регента, но самой ей никакого дела не было до того, кто сидит на троне в данный момент - она не Дункан. Тем не менее, нехорошее предчувствие из-за происходящего не покидало её нутро, и это заставляло думать, просчитывать наперед возможные риски и варианты, как сделать так, чтоб семья оставалась в безопасности.
[indent] - Муж мой, милорды, как вы смотрите на то, чтоб организовать охоту для наших гостей с юга? - обратилась Игрейн к беседующим мужчинам, но в первую очередь к супругу, пытаясь удержать в голове ту сложную цепочку мыслей, которую пыталась выстроить, и в надежде, что Дункан поймет скрытый смысл её слов, - Не думаю, что они прибыли на один день и было бы невежливо, если бы короля Элинейра и высоких лордов не поприветствовали наши правящие дома.
[indent] Конечно, в тех словах не было ничего подозрительного, лишь радушие, подкреплённое доброй улыбкой, но на деле мысли ведьмы вертелись около старой простой истины - держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Не только королева могла заключать выгодные союзы, и даже если бы Себастьян Лакруа отказался от приглашения, это не значит, что отказались бы его вассалы, что бесспорно полезно в будущем конкретно их дому и их союзникам. Перспектива разговора с Элинейром вдали от зорких глаз королевы Виолетты, сулила очень много возможностей. Жаль только, что Дункан не умел читать мысли, а говорить прямо было опасно. Впрочем, муж знал её много лет, и знал, что она даже самые бесполезные вещи не говорит просто так.
[indent] - Если уж мы заключаем договоры с другим королевством, – спокойно продолжала Игрейн не сводя глаз с супруга, под одобрительные взгляды и шёпот лордов, - То предполагается наше взаимное сотрудничество. Посему, было бы естественно заложить фундамент дружбы прямо сейчас, в самом начале, дабы будущее было приятно и плодотворно для всех нас.

+7

3

   Он не любил праздники. На праздниках собираются трусы, которые боятся выступать против правителей и их глупых решений. Трусы, которые слишком сильно держатся за собственные места и готовы унизиться только для того, чтобы лишний день посидеть на золотом троне. "Ничего... Смерть уравняет всех", - так думал Дункан всякий раз, когда королева созывала всех в столицу на праздник. Он был честным, по крайней мере, с самим собой, и всякое лицемерие было ему неприятно. Если праздник, то только для своих. Если петь, то душевно. Если пить, то только с друзьями.
   Он не любил праздники, но любил покрасоваться. За столом в большом зале он сидел дочерьми, женой и Рагнхильд с таким видом, будто ему принадлежит весь мир, и разговаривал так же, растягивая слова, глядя на всех свысока и постоянно кидая презрительные взгляды то в сторону одного заморского гостя, то в сторону другого. У него сегодня было прескверное настроение.
   За столом также сидели благожелатели Дункана и вели свою беседу, в которой он участвовал постольку поскольку, больше занятый осмотром зала и его гостей.
   - Ты, конечно, права, жена моя, - проговорил он, скрестив руки на груди.
   Вот с чем ему повезло, так это с браком. Но при беседе с его женой, всегда надо быть внимательным. Как и Дункан, она часто говорила не то, что думала на самом деле. В каком-то смысле это тоже было лицемерием, но ей лицемерие он прощал, так как в действительности все слова ее и предложения были более чем конкретными, просто не каждый мог понять их. - Я как раз думал об этом. Посмотрите, друзья мои, вон на того мужчину в серых доспехах, - Дункан кивнул в сторону барона с гладковыбритым подбородком и черными волосами. - Он приехал сюда с собаками охотничьих пород. Я видел их клетки во дворе. Замечательные собаки. Сильные, с красивой шерстью. Они стали бы украшением моего двора, - проговорил Дункан и, разом опрокинув стакан вина, встал со своего места.
   - Составите мне компанию, друзья мои? - спросил Дункан.
   Он, конечно, обращался ко всем. Не только к лордам, но и к жене, и к Рагнхильд, тихонько сидевшей по левую руку от него рядом с его дочерьми, занятыми разговором с молодыми мужчинами из другой страны. Об этом Дункан поговорит с девушками позже, когда праздник закончится и семья Кроул вернется в свои покои. Он все никак не может позволить дочерям стать взрослыми.
   - Свободно? - спросил Дункан у барона и, не дождавшись его ответа, присел на скамейку. - Я слышал, вы увлекаетесь охотой...
   В зале было полно людей. Он гудел от их унылых и скучных разговоров, периодически взрывался девичьим смехом дочерей лордов Рованчестера, возбужденных приездом красивых и воспитанных баронов, так сильно отличавшихся от представителей их королевства, и содрогался от музыки заморских бардов. Тут было слишком громко, и Дункану приходило почти кричать, разговаривая с бароном. Тот был пьян и весел, доволен тем, что лорды из Рованчестера оценили его собак, и даже согласился отправиться на охоту послезавтра. "Так выпьем же за это", - проговорил Дункан и поднял бокал. Уже шестой на сегодня. Еще немного, и ему станет плохо.
   - Выпьем, девочка, - обратился он к Рагнхильд. - Улыбнись. Ты же на пиру, - попросил ее Дункан. Его лицо при этом осталось каменным. Зато барон широко улыбался и подмигивал Рагнхильд. "Возьму ее на охоту", - подумал лорд Огненных земель. Если она понравилась барону, то заключить дружескую договоренность будет еще проще. Но сейчас разговаривать с ним больше не о чем. Выпив очередной бокал, барон заснул на плече у своего не менее пьяного друга.
   Усмехнувшись, Дункан посмотрел на свою жену: "Как думаешь, вспомнит ли он завтра об этом разговоре?" - спросил он у нее.
   Откинувшись назад, лорд Огненных земель вытянул ноги под стол и почти приобнял за плечи Рагнхильд, положив руку на спинку скамейки. В теле он чувствовал слабость, которая бывает от вина, усталость и даже боль. Ему жали новые сапоги, которые он купил у приезжего торговца из Труара.

Отредактировано Duncan Crowl (2017-12-05 23:51:19)

+6

4

"Золото, богатые мужчины и... снова золото" - так выглядели главные темы разговора окружавших Рагнхильд женщин в красивых платьях. Каждая гостья считала своим долгом поинтересоваться у другой, знает ли та, в каком наряде появится королева и как было бы весело явиться в еще более красивом платье. Даже дочери Дункана обсуждали эту треклятую вышивку - старшая даже проболталась, что не прочь обменять своего мужа на красивое платье - правда, сразу же замолчала как только встретилась взглядом с отцом. По крайней мере, к Рагнхильд не цеплялись и это не могло не радовать.
Она понятия не имела, какие отношения были между Рованчестером и южным королевством, однако уже успела заметить, что в отличие от большей части гостей, некоторые все же не так блестяще скрывали свое недовольство. Если бы рядом были те самые стражники, что везли очередную повозку с материалом для пыточных лорда Кроула, они бы наверняка обменивались фразами про то, как "шлюха на троне в очередной раз хочет всех угробить". Рагнхильд также не знала ни одного из присутствующих - да и сами гости не горели желанием с ней знакомиться: лишь некоторые женщины изредка перешептывались, глядя в ее сторону. Сама девушка догадывалась, о чем те говорили - вероятно, называли ее такой же шлюхой, ведь как иначе объяснить присутствие посторонней девицы рядом с четой лордов? Будь Рагнхильд служанкой одной из дочерей, она бы сидела где-нибудь вдали - да и то, если бы ее вообще соизволили взять с собой. Но сейчас она сидела рядом с Дунканом, невольно сжимая челюсти каждый раз, когда лорд пытался ее обнять или ущипнуть - думал ли он о том, в каком свете сейчас выставлял Рагнхильд? Во всяком случае, ловить на себе презрительные взгляды благородных лиц определенно было лучше, чем чувствовать, как от тебя отрывают куски кожи где-нибудь в подземелье замка. Да и кто знает, какие секреты хранили эти дамы? Может, диалоги о вышивке являлись неким шифром, за которым скрывалось нечто более ужасное?
Гости пили и становились раскованнее. Вот Шарлотта и Этайн, не обращая внимания на отца, уже свободно разговаривали с неизвестными мужчинами, а вот какой-то мужчина в доспехах начал подмигивать уже самой Рагнхильд. Но зачем он надел доспехи? Он собрался кого-то резать прямо в зале? Леди Игрейн говорила об охоте, Дункан хвалил собак, а Рагнхильд определенно выглядела странно, смотря куда-то вниз. Человек в доспехах, который оказался бароном, продолжал широко улыбаться каждый раз, когда она решала посмотреть в его сторону. Возможно, он понял, что Рагнхильд не была служанкой дочерей лорда, но вдруг он решил, будто она была девицей, которую пригласили, чтобы вполне понятным образом развлекать мужчин? Вдруг все это задумала леди Игрейн? Хоть женщина и пыталась держаться достойно, сама Рагнхильд никак не могла поверить в то, что леди ни разу ни волновал тот факт, что ее супруг решил взять с собой на пир...
Зал наполнился слугами, которые несли разные блюда, но самыми шустрыми были те, кто носил кувшины с вином. Действительно, этим вечером вино было в особом почете и, можно сказать, на некоторое время все же примирило два королевства. Дункан говорил, что нужно улыбаться и было бы неплохо, если бы Рагнхильд выпила, но она не могла. С одной стороны, чем больше выпиваешь, тем меньше тебя волнует то, как тебя видят окружающие, но с другой стороны, в последний раз, когда мозг Рагнхильд был затуманен отваром провидиц, ее родных убили, а сама девушка чудом спаслась, хоть и не помнила большей части происходящего. А вот лорду было самое время прекратить налегать на вино, однако вслух она бы этого никогда не сказала.
Когда настало время есть, многие гости продолжали разговаривать. Пара женщин в расшитых золотом платьях громче всех говорили о том, что специально не станут ничего есть, иначе скоро не влезут в свои наряды, хотя и выглядели настолько худыми, что будь здесь кто-то из братьев Рагнхильд, то сравнение с костлявыми собаками моментально бы заставило этих дам съесть всю еду на столах. Наличие приборов для еды успокаивало - о чем бы ни договорились Дункан и барон, попытка познакомиться с Рагнхильд могла бы стоить последнему выколотого глаза или прочих не сильно приятных последствий.
Мясной пирог был настолько шикарен, что Рагнхильд даже забыла и о бароне в доспехах и о костлявых женщинах. Живя на острове, она никогда не ела ничего подобного, а какая-нибудь приготовленная наспех жареная оленина едва ли могла сравниться с блюдами от королевских поваров. Хоть в чем-то повезло. - Подумала Рагнхильд потроша двухзубчатой вилкой пирог. Она не сразу заметила то, на что напоролись зубья вилки. Сначала девушка решила, что это была сосиска, но, насколько ей было известно, в мясные пироги сосиски не клали. Да и эта сосиска была слишком маленькой и тонкой. Конец "сосиски" был ровно срезан и Рагнхильд увидела белую кость. Когда на другом конце девушка разглядела то, что когда-то было ногтем, в нос ударил тот знакомый запах жареного мяса, когда чудовища напали на остров. Первой завизжала одна из дочерей Дункана, а на вилке Рагнхильд красовался отрезанный человеческий палец.

Отредактировано Ragnhild (2017-12-08 16:18:42)

+6

5

Желание отправиться вместе с лордом Кроулом и леди Говард в королевский дворец Рованчестера было продиктовано, с одной стороны, огромный любопытством. В конце концов, ко двору должен был прибыть ее дядя. Она уже давно не видела мужчину. Честно говоря, она, на самом деле, видела его, наверное, всего несколько раз в глубоком детстве, когда ее мать посещала того вместе с ее отцом. Да и вряд ли бы сейчас могла вспомнить его черты, в ее воспоминаниях он оставался лишь большой широкой тенью, которая нависала над тогда еще малышкой Деверо. Надо признать, ее разум вообще мало подкидывал ей моментов из прошлого, в котором она чувствовала себе комфортно, а не была загнана в темный угол собственных страхов и кошмаров.
Во-вторых, в какой-то мере рыжеволосая сама не решалась оставаться одна в доме, который стал для нее, как бы это не звучало в повторении, домом. Она испытывала там куда больший покой, чем в поместье своего покойного мужа. Хотя, наверно, она могла испытывать больше облегчения в любом месте, кроме того дома, где была больше пленницей, нежели хозяйкой. Так вот, в те мгновения, когда ее разум просветлялся настолько, что она вполне себе осознавала, что в определенные моменты не дружит с головой, она также понимала, что опасна для себя самой. А кроме, как Адриан, без причинения вреда успокоить ее могла только Игрейн. И если она помнила то, как мужчина обычно обхватывал ее руками со спины, прижимая к себе, пока она бесновалась, пытаясь добраться до него, то толком разгадать приемы женщины у нее все еще не получалось.
Но факт остается фактом, успокаивать ее надо было без причинения вреда. И, наверное, слуги в связи с этим фактом больше боялись Бонне. Только она не знала, что не безосновательно. К слову, мужчина тоже должен был присутствовать, что стало дополнительным поводом появиться и рыжей. Она скучала и хотела его видеть.
Сильви вряд ли бы смогла вспомнить, когда была на таком шумном приеме в последний раз. В глазах рябило от обилия дорогих нарядов, которые блистали всеми цветами радуги. Да и прочими оттенками тоже. Кажется, все стремились покрасоваться перед приезжими гостями из Элинейра. Как ни крути, но вряд ли приезд правителя другого государства – это каждодневное событие, которое может просто перерасти в рутину и обыденность.
Впрочем, сидеть за одним столом со знакомыми лицами  оказалось не так уж просто. Некоторые гости откровенно пялились на нее. Девушка хотела бы все это списать на огненно-рыжий цвет волос, который казался еще ярче, чем был на самом деле. Но, что более вероятно, причина крылась в том, что никто ее не знал. К слову, как и ее соседку по столу, которая также удостаивалась свое порции взглядов. Хотя если бы они знали, что незнакомка является родной племянницей Себастьяна Лакруа интерес она вызывала бы куда больший. Но ее истинная личина оставалась тайной даже для тех, кто жил с ней в одном доме. Наверное, ее представляли как очень дальнюю родственницу, которой требовалось помощь в весьма деликатном вопросе. А как иначе назвать ее приступы?
Интересно, а знали ли ее родители, где именно сейчас обитает вдовствующая графиня? Единственным, кто мог им рассказать об этом был Адриан. Именно ему она отдавала редкие письма, которые писала родным, и именно он отдавал те, что получал для нее. Но, в конце концов, годы замужества она лгала им, что все было хорошо, хотя это таковым не являлось.
Первое время она пыталась рассмотреть среди гостей знакомее лицо рыцаря, но лишь удрученно вздохнула, понимая, что того вроде нет. Или он по какой-то причине не желает быть замеченным. «А может он на службе?» В их разговорах он успел обмолвиться, что служит короле Рованчестера, но никаких подробностей не упоминал.
Еще одной проскочившей мыслью было поговорить с дядей. Но девушка опасалась, что тот не распознает в ней племянницу, приняв за самозванку, которая для каких-то непонятных целей прочит аудиенции: все-таки в последний раз они виделись очень давно.
Так что оставалось лишь сидеть да нарезать яблоко ножом, который был предназначен дл мяса. Последнего, к слову особо не хотелось, потому все внимание было уделено фигурной нарезки фрукта. Наверно, она даже перестаралась, орудуя ножом, потому что дамы, которые, казалось, были готовы заговорить с ней, были слишком впечатлены (в негативном смысле) ее ловким орудованием и немного маниакальной улыбкой, прошли мимо, опасливо оглядываясь.
Они бы еще сильнее захотели пройти мимо нее, когда она довольно спокойно отреагировала на палец, аккуратно нанизанный на вилку еще одной гостьи. Деверо даже не завизжала, как одна из дочерей Дункана, а потом и другие, вторящие ей леди. Вместо этого спокойно смотря и размышляя, что она спаслась от того, чтобы стать возможным каннибалом.
- Палец… - тон был слишком задумчивым, и чуть склоненная в сторону голова только больше подтверждала отличия леди от других собравшихся. Вообще, такая находка была странной, и должна была бы вызвать у нее панику. Так и было, если бы девушка не пережила многое сама до того, как попасть в Рованчестер. И это было намного хуже найденного отрубленного пальца.

+7

6

[indent] После своей небольшой воодушевленной речи, с понятным лишь ей удовлетворением Игрейн смотрела, как ее слова достигли цели. В который раз женщина убедилась, что не ошиблась в своем супруге, и, возможно, Уильям тоже не ошибся, организовывая этот брак. Мысль эта вызвала на лице ведьмы легкую улыбку. Уверенность, что мужчина все и всегда поймет правильно и вовремя - вот, что она любила в Дункане.
[indent] Молчаливо соглашаясь с супругом, она последовала за ним вместе со всей остальной процессией решившей уважить иностранного гостя. В разговор Игрейн не встревала, пусть она и любила охоту, но все ж не разбиралась в ней так, как мужчины. Но она слушала, подмечая детали беседы, степень опьянения барона и его многозначительные взгляды на Рагнхильд, которую она представляла на празднике, как свою компаньонку. Занятие это ему нравилось, чего не скажешь о девочке, почти также сильно, как и рованчестерские вина. Ведьма прекрасно понимала - если сейчас количество произнесенного Дунканом "выпьем" превысит один раз, то наутро несчастный барон не вспомнит вообще ни черта, что уж говорить о собаках, охоте и милом лице северной красавицы, а им это было сейчас совсем не кстати, учитывая для чего весь этот дурацкий радушный цирк был затеян. Легкий незаметный взмах пальцами в нужный жест, едва слышный шепот, таки потонувший в очередном "выпьем", и Игрейн успела закончить заклинание до того, как дорогой элинейрский гость облюбовал плечо лорда Кроула в качестве подушки.
[indent] - Как думаешь, вспомнит ли он завтра об этом разговоре? - спросил Дункан, с усмешкой на лице.
[indent] - Конечно вспомнит, дорогой муж, - бодро ответила она, бросив на супруга многозначительный взгляд - вот оно, преимущество колдовать открыто. Рейн скрыла за бокалом почти такую же усмешку, и весело пробормотала уже скорее для себя, - А вот насчет тебя не уверена.
[indent] Гости продолжали выпивать, а оживленные разговоры не утихали даже тогда, когда слуги принесли новые яства. Игрейн прислушалась на мгновение к разговорам дам, сразу, впрочем, махнув рукой на это бесполезное занятие - обсуждение того, как не поправиться и влезть в любимые наряды женщину не заботило, и обратила внимание на своих спутниц и спутников. Дочери вполголоса без умолку тараторили о моде и о том, какой красавец сидит через пять человек справа, Рагнхильд была слишком молчалива, определенно чувствуя себя не уютно под взглядами, которые на них бросали, и так и не прикоснулась к вину, а Сильви увлеченно нарезала яблоко ножом для мяса.
[indent] Сейчас наступил как раз тот момент, когда девушка чувствовала себя хорошо. То ли из-за зелий, которые ведьма варила, стараясь найти для бедняжки лекарство, то ли сказывалось присутствие рядом с ней Адриана - кто знает, но леди Кроул считала, что поездка в столицу на праздник пойдет Сильви на пользу и сможет ее развлечь. Вот только ее занимательное занятие, в котором не было ничего особенного для Кроулов, привлекало слишком много внимания посторонних. Собравшись было сказать об этом девочке, Рейн склонилась над столом к ней и потрясенно замерла.
[indent] - Палец… - слишком спокойно произнесла ее рыжеволосая подопечная, глядя в сторону Рагнхильд, и ведьма медленно повернулась в том же направлении.
[indent] - Какого... - Игрейн не договорила, ее прервал громкий визг Шарлотты, раздавшийся на весь зал, и сразу привлекший внимание остальных впечатлительных девиц, последовавших ее примеру. Разговоры постепенно затихали, гости потрясенно взирали на находку, красующуюся на вилке северянки.
[indent] Впечатлительной леди Кроул не была, учитывая то, за кем она замужем, и вообще все ее прошлое, но человеческий палец в еде вызывал как минимум вполне логичный вопрос - какого хрена тут вообще творилось и какое отношение к этому имеет королева Рованчестера, потому что просто так, в честь великого праздника и светлых государей, на столы человечину не подают. Уж больно экзотично.
[indent] Судорожно сглотнув, женщина спокойно забрала у неподвижной Рагнхильд вилку с пальцем, небрежно бросив ее на тарелку с недоеденным пирогом, и сунула в руки девушки кубок с вином.
[indent] - Рагхильд, выпей. Станет лучше, - участливо поглядев на северянку, ведьма поднялась из-за стола и громко обратилась уже ко всем, пока не началась паника, - Милорды и миледи, настоятельно прошу отложить в сторону мясные блюда и оставаться на своих местах, уверена - это просто недоразумение, которое очень быстро разрешится.
[indent] Несмотря на внешнюю уверенность, с которой держалась леди Кроул, на деле она такой спокойной уж никак не была, просто понимала, что ни в коем разе нельзя допустить паники и суматохи, пока стража не выяснит хоть что-то о произошедшем. Она была готова даже наложить заклятье и насильно заставить всех быть спокойными, если это потребуется. Мельком заметив королевских стражников, что уже направлялись к ним и, судя по всему, обсуждали свои дальнейшие действия, Игрейн обратила все свое внимание на мужа и тяжело опустилась на скамью. Находясь под впечатлением от увиденного, сложно было мыслить трезво, но что это все, если не попытка запугать? Неясно лишь одно – кому она была выгодна.
[indent] - Я не знаю, кто этот несчастный, и с какой целью его добавили в мясное, но такого просто не должно было случиться в самом защищенном замке столицы, - зло процедила женщина и опустошила очередной кубок с вином, стараясь взять себя в руки.
[indent] Сразу после этого, она продолжила говорить более сдержанно, но не таясь, и ей было уже абсолютно наплевать, кто ее услышит. Леди Кроул очень хорошо понимала, что сеет своими словами очень опасное зерно сомнения в умах окружающих.
[indent] - Мы все прекрасно знаем, чьим долгом было позаботиться о безопасности гостей на этом празднестве. Безопасности в данный момент я не чувствую. А вы, милорды? Муж мой?

+4

7

Все произошло так неожиданно, что Дункан не сразу сообразил, что происходит, только спустя секунды, услышав женский крик, он очухался и с чувством ударил сидящую рядом женщину по руке с вилкой. Та выпала и закатилась куда-то под стол.
   - О боги, - проговорил он, посмотрев на дочерей.
   Те были в слезах и в ужасе смотрели на свои тарелки. "Это что же получается, - подумал Дункан. - Нам подали человечину?". Он проглотил поступившую к горлу тошноту. В подвалах его замка происходило, конечно, многое, но он никогда не заставлял своих врагов есть человеческое мясо. Даже для него это было слишком. Но о том, насколько жестоким был хозяин замка, лорд думал в последнюю очередь. Его больше волновало то, кем был убитый. "И кто будет следующим", - тут же пронеслось в голове. В глазах лордов, которые пришли с Дунканом, было столько же непонимания, сколько и в его глазах.
   - Я не чувствую себя в безопасности, жена моя, с давних пор... - ответил он Говард. - Я предлагаю призвать к ответу хозяина пира и его поваров. В конце концов, я не в королевстве неженок и не буду ждать суда. Разберемся со всем этим прямо сейчас, - проговорил Дункан. Он был прямолинеен и уверен в себе. Кроме того, ситуация обязывала действовать и не сидеть сложа руки. Когда ему еще представится возможность заработать пару очков в свою пользу? Не будем лукавить. Кто-то хотел подставить королеву Рованчестера. К сожалению, этот кто-то не Дункан. Но Дункан может воспользоваться ситуацией.
   - Призовем хозяина пира к ответу? - переспросил лорд, вставая из-за стола.
   По залу прошелся гул. Когда-то давно подобные вопросы в Рованчестере решались просто. Кто может быть справедливее лорда? Он и был судьей.
   Пока зал переговаривался, лорд собрал вокруг себя семью. Они снова заняли свой стол. Сидя в компании плачущих дочерей, жены, отстраненной Сильви, перепуганной Рагнхилд и лордов, Дункан, стуча по столу пальцами, смотрел на гостей. Он отодвинул от себя подальше тарелку с человечиной и пальцами. Его все еще тошнило. "Как будто дикари какие-то", - думал он. Не исключено, кстати, что это сделали дикари. Это очень в их стиле, как казалось Дункану. Но он давно не видел дикарей в Золотых садах.
   "Кто же это мог сделать?" - думал лорд. Обычно всякие мероприятия против королевы организовал либо он, либо кто-то, кто был за него. Но в этот раз он ничего не знал о том, что произошло, и это мучило его больше, чем тошнота.
   - Это же не мы, так? - спросил на всякий случай он у жены и лордов.
   Не хватало еще, чтобы в его круге появился враг.

Отредактировано Duncan Crowl (2018-01-03 20:28:20)

+3

8

Палец. Можно подумать, Рагнхильд так и не догадалась, что на вилке была явно не сосиска. Переведя взгляд на Сильви, которая, казалось, была самой спокойной из присутствующих, девушка невольно решила, что рыжая могла быть как-то причастна к происходящему. Эта девица всегда казалась Рагнхильд подозрительной, хоть они пересекались не так часто. Но скорее всего Сильви была шокирована так же, как и все присутствующие. Королевский замок не был полем битвы или подземельем Дункана, где день без запаха трупного разложения или окровавленных тартанов уже считался хорошим днем. Сколько понадобится времени, чтобы гости осознали, что защищенное место Рованчестера на самом деле не такое уж защищенное? Что если кроме человечины в еду добавили еще и яда?
Где-то вдали продолжала визжать одна из дочерей Дункана - как оказалось, это была Шарлотта, чья-то рука вытащила вилку из рук самой Рагнхильд и теперь визги раздавались уже из разных концов зала. Видимо, убитый был достаточно хорошим человеком, чтобы его частицу вкусили все гости. Сама Рагнхильд не сразу поняла, что залпом опрокидывает свой кубок с вином. Затем еще один. И вот, сейчас девушка тянется за целым кувшином, сама еще решив, нальет ли вино в кубок или выплеснет сама на себя. Но нет, руки еще не отказались слушаться хозяйку и Рагнхильд в очередной раз наполнила кубок - она же не дикарка, чтобы пить прямо из кувшина.
- Что ж вы все такие спокойные-то, а? - Несколько кубков вина уже начали бить в голову, поэтому девушка сама не поняла, зачем это спросила. - Вдруг где-то прячутся дикари и сейчас они всех нас порежут?
На самом деле Рагнхильд сомневалась в том, что произошедшее - дело рук вардрийцев. Эти дикари всегда бежали прямо и напролом, поэтому стража расправилась бы с ними еще до того, как они бы оказались внутри. Если же они сумели добежать до замка, вырезав все на своем пути, об этом бы знали все. Хоть девушка и была пьяна, она в очередной раз сделала вывод, что к произошедшему явно причастна сама королева. Солдатня нередко говорила, что Виолетта подозревает в заговоре чуть ли не собственную тень, поэтому не исключено, что таким образом она решила не то заявить о своей осведомленности, не то проверить, кто же действительно представлял опасность. Попытавшись уловить связь между проверкой и порубленным на части человеком, Рагнхильд почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.
Дункан заговорил о хозяевах пира, что подтвердило опасения девушки. Но Рагнхильд все же надеялась, что лорд выпил не достаточно, чтобы начать разглагольствовать о возможной причастности королевы - кто знает, может в этом и заключалась та самая проверка? Руки вновь добрались до кувшина с вином, но после очередного выпитого кубка девушка оставила кувшин рядом - это было правильно: когда Дункан поинтересовался, ни их ли это рук дело, Рагнхильд вновь наполнила свой кубок. Об этом она не подумала. Что, если все было задумано Игрейн?
- Мне нужно на воздух. Прямо сейчас.- Произнесла девушка, сама не зная, к кому в этот момент обращалась. Хорошо, если она сможет встать после выпитого на ноги. И хорошо, если Рагнхильд вообще разрешат выйти.
Одна из дочерей Дункана, - голова слишком кружилась, чтобы девушка разглядела, которая именно, - спросила, не отравлено ли было вино. Этот вопрос сыграл решающую роль в состоянии Рагнхильд и ей ничего не осталось как перегнуться через скамью, чтобы содержимое ее желудка оказалось на полу.
Я же говорила - мне надо выйти.

+3


Вы здесь » Velmaren. Broken Crown » Печать настоящего » рх1.02 Ужин со вкусом смерти


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC