Добро пожаловать в Вельмарен! Годы мира, построенного на огне и крови, практически закончились и слишком много людей не желают его продлевать. В Подземных тропах зреет восстание и заговоры против вардрийцев и трех королевств. Маги, сполна испившие человеческой жестокости, готовы объявить открытую войну. Но все это не имеет значения: если пробудится древнее зло - уже не будет ни врагов, ни союзов...
Время коня (июнь), 1200 год
Вверх Вниз

Velmaren. Broken Crown

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Velmaren. Broken Crown » За гранью миров » Пепел на месте солнца


Пепел на месте солнца

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

В роляхAlexander,
Arianna

Время и место событийлето 844
набережная Неаля, пиратский корабль и куда фантазия занесет)


http://s5.uploads.ru/ufXBF.gif http://s9.uploads.ru/HYiQw.gif


цитата, ост. ассоциация по желанию


СюжетИногда так случается: привычная жизнь переворачивается с ног на голову, все, во что веришь оказывается ложью. Терять больше нечего, а доброты и сочувствия ждать не приходится. Иногда так случается. Поддержка и помощь сами тебя находят, случайно, внезапно, когда даже не надеешься их обрести.

+1

2

[icon]http://funkyimg.com/i/2zLUh.gif[/icon][status]мы ебали всё на свете, кроме шила и гвоздя[/status][nick]Alexander MacLeod[/nick]   Ночь налегла на неальский порт угольным мраком, зажгла огни в домах и на волноломах и судовые фонари на кораблях, готовящихся к отплытию. Эпицентр празднества перенёсся из порта к центру города, практически обезлюдив набережную. До Александера доносился его далёкий гул. Десятки и сотни голосов сливались в один и терялись в закоулках Неаля. Двигаясь по деревянным настилам, ближе к воде, можно было услышать, как разбиваются о волноломы морские валы. К вечеру поднялся сильный ветер и море за акваторией порта штормило. Всего один корабль снялся с якоря. Прочие капитаны решили обождать, пока ветер не поутихнет. Левиафан в их числе. Как бы ни претила команде длительная задержка в порту, как бы ни рвались они за новой добычей, все понимали, что риск не оправдан, и терпели. К отплытию корабль был готов ещё вчера, поэтому у Александера выдался свободный от забот вечер. По этому случаю они с Бреннаном и О’Рэйли завалились в кабак и выпили, казалось, всего ничего, только Бреннан вскоре рухнул лицом в стол и захрапел, а О’Рэйли проследовал куда-то за молоденькой сестрой кабачника, имея при этом вид загадочный и самодовольный. Тщетно попробовав растолкать Бреннана, Александер выпил ещё две кружки крепкого эля и решил вернуться на Левиафан. Будь он чуть трезвее, остался бы на месте. Но трезвым он уже не был, и сольное путешествие от кабака до корабля счёл замечательной идеей, равно как и предоставление Бреннана его собственной судьбе.
   Море штормило. Александера штормило вместе с ним. Покачивало, как если бы он шёл по палубе. При этом трезвость мысли и ясность взгляда он почти не утратил: во всяком случае, двигался в правильном направлении и помнил каждый шаг с того момента, как переступил порог кабака.
   Улочка вдоль набережной освещалась слабо, но достаточно, чтобы не заплутать, зная дорогу. Ужаснувшись расходам на топливо в первый день празднования графской свадьбы, начальник порта постановил выделять на освещение половину положенной нормы. В кабаке судачили, он бы и вообще ни унции масла не выдал, если б не опасался кары «сверху». Эта вот скупость и потворствовала распространению по портовым закоулкам разнообразной падали, жаждущей сорвать кусок мяса с костей какого-нибудь бедолаги, случайно забредшего не туда. Матросов душегубы не трогали, звериным чутьём определяя, за кем явятся на выручку или отмщение вооружённые до зубов приятели, но пару шлюх и несколько приличных горожан уже прирезали по тёмному времени, обобрав до нитки. В дневном свете их было не видать. Да и в ночи то были не более чем тени, скользящие следом за гуляками вдоль стен домов и совершенно теряющиеся на открытом пространстве.
   Портовый гарнизон пил и не высовывал носа из казармы. Они себе были не враги.
   Бегущую навстречу фигуру в тёмном плаще Александер заметил едва она вынырнула из-за поворота, но внимания поначалу не обратил. Фигура его и вовсе не увидела, оглядываясь назад. За ней кралось двое или трое: с такого расстояния, да ещё в подпитии, сказать наверняка было сложно. Но в намерениях преследователей Александер не усомнился. Фигура вперёд не смотрела и бежала прямо на него. Он бы легко уклонился и пропустил её, но тут она повернула голову, увидела его и рванулась в сторону, то ли решив, что он один из преследователей, намеренно обошедший её, то ли испугавшись просто от неожиданности. Шагнула с настила в вязкую грязь, поскользнулась и едва не упала на землю, если бы Александер не подхватил её за локоть и чуть не свалился следом, опасно накренившись. Он всё же был пьян. Но устоять сумел. Всё произошло очень быстро. Александер даже подумать не успел. От толчка капюшон слетел с головы беглянки и Александер мельком увидел длинные светлые пряди и очертания лица, прежде чем девица спешно высвободила руку и резким движением накинула капюшон обратно.
   — Погодите, — Александер распрямился, вновь удержал её за локоть и потянул к себе, помогая выбраться из грязи на доски, — Не бойтесь. Я вам вреда не причиню. Но они — могут.
   Фигуры замерли, не решаясь двигаться дальше. Стычка им была ни к чему. Александер знал, что стоит ему отойти, преследование возобновится.
   — Не то место и время вы для прогулок выбрали, — произнёс он очевидное, прекрасно при том понимая, что по доброй воле ночью такие создания стен дома не покидают. Мысли немного разбегались, и к сути дела он подступал окольными путями, — Вы кого-то потеряли? Мужа, брата, отца?
   Александер в последний миг не добавил «слугу», хотя предположение так и рвалось с языка. То, что девица из благородных, было предельно очевидно. Она казалась неуместной в диковатой обстановке полутёмного порта, как райская птица, случайно залетевшая в логово стервятников. Она могла бы любоваться на корабли при свете дня, под руку с сопровождающим мужчиной, но не бежать по набережной в ночи, рискуя быть ограбленной, изнасилованной и убитой.
   Не обязательно в таком порядке.
   — Проводить вас?
   Александер не рассчитывал на долгую прогулку, но оставить девицу одну не мог. Он ощущал что-то сродни беспокойства за её судьбу, коль скоро мог оказать на неё влияние. Видно, задатки рыцаря пиратство из него ещё не до конца выело.

+1

3

[nick]Arianna[/nick][icon]http://s1.uploads.ru/aQWTV.png[/icon] [indent] Ночь полноценно вступила в свои права, принеся на оживленные улицы тишину и темень, позволяя легко спрятаться от чужих глаз тому, кто этого желает. Для хрупкой девушки, что торопливо и бесшумно шагала по тускло освещенным улицам города, в направлении набережной, эта темнота только усложнила и без того невыполнимую задачу. Это в столице Арианна могла обойти весь город с закрытыми глазами, зная каждый проулок и поворот, в Неале же могла потеряться с легкостью. Набережную Ричмонд искала по памяти, высматривая в темноте знакомые вывески таверн, торговых лавок, необычные дома. Вспоминала все мелочи, что запомнились при дневных прогулках. Завидев издали слабые огни кораблей, девушка остановилась посреди безлюдной улицы перевести дыхание. Она почти смогла, добралась.
[indent] Надежда на то, что там, на неальской набережной, она встретит некого доброго капитана и сможет попросить помощи, была слишком слабой и наивной, но все же она была. И в ту минуту, глядя заплаканными глазами на тусклые огоньки разрывающие темноту, эта надежда загорелась в ее душе с новой силой. Для того, чтоб реальность, в который раз за сегодняшний день, ее безжалостно потушила.
[indent] Злодейка-судьба видимо всерьез считала, что королеве Дортона было мало. Мало ее потерянной жизни, разрушенного доверия к лицемерам, коих безоговорочно считала близкими. Мало ее мертвых детей, потери себя, крушения принципов и надежд, всего, что строила годами вопреки окружению. Наверное, ожидалось, что она сдастся: станет наконец-то послушной куклой в чужих руках, не имея цели, или просто сделает один единственный глоток вина, который исправит все, принеся вечный покой и избавляя от боли. Она хотела. Впервые в жизни, она так сильно этого хотела, что решилась вылить в свой кубок пузырек с ядом. Сразу же швырнув его в стену вместе со всем содержимым. Она не могла. Она должна была жить, ради живого сына. И хотела этого, в надежде встретить еще раз чертова капитана Флинта, задолжавшего ей поломанную судьбу и две самые дорогие жизни.
[indent] Достаточно было лишь одного безболезненного укола острой шпилькой, чтоб Арианне стало плевать и на корону, и на ее "друзей", и на то, что ее будут искать, считая похищенной, и на привычную жизнь. Плевать, кто умрет за этот обман. Еще больше плевать на изорванный плащ и сбитые в кровь босые ноги. Она не думала о том, что может ждать ее по пути к набережной, не думала о том, что в итоге, ее вообще может не ждать ничего. Знала лишь, что ступив за порог дома Мориа, не вернется назад.
[indent] Именно эта мысль упрямо билась в ее голове, превозмогая накрывший с головой страх, когда девушка резко обернулась на шорох и впилась глазами в подозрительную тень поодаль. Тень оказалась не одна, в мгновение ока их стало три. В тот миг, зло отправляя в них свои туфли, что доселе держала в руках, и судорожно сжав рукой маленький кинжал, Ари честно призналась самой себе, что жить все же хотелось. Очень сильно.
[indent] Девушка не раздумывая бросилась бежать по пустому проулку в ту сторону, где видела корабельные огни. Подгоняемая страхом и темными фигурами, она уже успела отругать себя за столь беспечный и непродуманный побег, но ни на секунду о нем не пожалела. Завернув за угол, Арианна с облегчением поняла, что оказалась там, где ей было нужно, и с отчаяньем осознала, что набережная была пустой. По крайней мере, ей так казалось. Ричмонд оглянулась. Знала, что ее преследовали. Это было слишком очевидно, и не нужно было оборачиваться назад, подтверждая свою правоту, как и не нужно было долго гадать, что они с ней сделают, если все же поймают. У преследователей были все шансы: израненным ногам было слишком больно бежать по камням и грубым доскам, воздуха в легких не хватало, а сил практически не осталось. Капюшон плаща мешал рассмотреть дорогу впереди, невольно проступившие слезы это лишь усугубили, и Ари запоздало заметила впереди себя высокую мужскую фигуру. Она отчаянно дернулась в сторону, чувствуя себя, будто загнанная лань под конец охоты, поскользнулась на грязи, сойдя с деревянного настила, и с ужасом поняла, что падает.
[indent] Мужская рука неожиданно удержала ее от падения, но Арианна не успела об этом подумать, неловко выронив кинжал, что давал хоть какую-то иллюзию защищенности. Капюшон плаща слетел от резкого движения, открывая ее лицо. Она испуганно вырвала руку, накидывая его обратно, собравшись было бежать в противоположную от мужчины сторону, но сильные пальцы, цепко ухватившие ее локоть, вновь ее остановили. Незнакомец заговорил, помог выбраться обратно на настил, а Ари, обернувшись, заметила, что ее преследователи остановились.
[indent] - С чего мне вам верить? - Ричмонд настороженно воззрилась на мужчину из-под капюшона, восстанавливая дыхание. Она боялась его, но вырываться все же перестала. Судя по всему, незнакомец не был заодно с теми, от кого бежала.
[indent] Последующие слова ее невольного спасителя, остро задели за живое. Нравоучений об очевидном Ричмонд сейчас желала вообще в последнюю очередь, но благодаря этому, она смогла обрести некоторое подобие трезвости мысли.
[indent] - Я... Я потеряла слишком много за сегодняшний вечер.
[indent] Наверное, со стороны ее слова звучали горько и преувеличенно, и она сама не знала, зачем их говорила. Незнакомцу едва ли было до этого дело. Арианне следовало бы поблагодарить его за спасение и продолжить свои поиски. Но осознав, что мужчина не собирался ей вредить, по крайней мере сейчас, в отличие от тех, что за спиной, она боялась отступить от него даже на шаг.
[indent] - Меня некуда провожать, - горько усмехается Ричмонд, оборачивается на миг, а потом вновь украдкой смотрит на мужское лицо, - Уж лучше быть убитой ими, чем... - Теми, кого любила, - она не договорила, лишь, совершенно неосознанно, сжала пальцами мужское предплечье. - Спасибо вам.
[indent] В голову пришла очевидная мысль, вытесняя все остальные. На набережной, посреди ночи, мала вероятность встретить того, кто так или иначе не имел бы отношения к морю. Значит, ее спаситель мог быть либо моряком, либо жить неподалеку, и знать тех, чьи корабли стояли сейчас в порту. Арианна не могла знать этого наверняка, но спросить стоило.
[indent] - Знаю, что глупо и безрассудно оказаться здесь одной, но у меня не было выбора. Единственное место, где мне стоит сейчас быть - графство Лейфорд, но... - Арианна не знала, как к нему обратиться, как обьяснить. Зашептала сбивчиво свои слова, со всех сил пытаясь сдержать слезы, что нещадно жгли глаза из-за слишком свежих воспоминаний, - Молю вас, если это в ваших силах, помогите мне найти корабль. Я могу заплатить.
[indent] Ричмонд повернула голову к неспокойному морю и вгляделась в тусклые огни, так и не отпустив мужскую руку. Резким порывом ветра капюшон был сорван с ее головы, но в этот раз девушка не придала этому значения.
[indent] - Выше моих сил превозмочь себя и вернуться назад, проще утонуть в море. Это слишком больно, милорд... - Арианна осеклась и с отчаяньем посмотрела в глаза того, кто ее спас.

+1

4

[nick]Alexander MacLeod[/nick][status]мы ебали всё на свете, кроме шила и гвоздя[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2zLUh.gif[/icon]   Тени замерли, не выходя из переулка. Александер следил за ними краем глаза, на случай, если девица приглянулась им чрезмерно сильно и они возжелают отнять её у поддатого моряка. В своих силах справиться с ними в одиночку он вовсе не был уверен, да и скорой и бесславной гибели не искал: мысль о том, что на хорошем коне через Клервонсский лес он доберётся до Скайхолда меньше чем за неделю придавала ему немалую мотивацию к жизни и здравию.
   — Меня некуда провожать…
   — В таком случае, пройдёмся, чтобы наши друзья не ждали вас понапрасну.
   Куда её отвести? В кабак? Там она только больших проблем наберётся, в такой-то час. В казарму портового гарнизона? Эти ребята быстренько его самого скрутят за «нападение» на благородную даму, отправят в казематы, а потом ещё и мужа — или кто у неё там — разыщут, и он прикажет его вздёрнуть на виселице, а девицу заберёт туда, откуда она так резво бежала. От вмешательства властей хорошего не жди. На Левиафан? Это, положим, ни к чему: даст Творец, завтра море успокоится, и они снимутся с якоря. Корабль — не постоялый двор. Тем паче, пиратский корабль, где девицам совершенно нечего делать.
   Раздумывая, Александер наклонился поднять поблескивающий в грязи кинжал, и тут заметил, что беглянка босая. Откуда же она так неслась, что даже туфли не надела? От тирана-мужа? Он, однако, никак это открытие не прокомментировал и, покрутив кинжал в пальцах, протянул девице рукояткой вперёд. Искусная вязь и узоры на клинке ничего Александеру не сказали. Геральдику он позабыл за ненадобностью много лет назад. Иногда припоминал что-то, знаменитые гербы и девизы, но не на пьяную голову. Да и, положа руку на сердце, кем бы девица ни была и от кого бы ни спасалась ночным босоногим бегством, то было не его дело. Драм и скандалов он в своё время хлебнул с лишком, вмешиваться в чужие не желал. Лишь бы её не прирезали в подворотне под его присмотром. С ним заодно.
   Отсутствие обуви, как ни странно, решило дело. Нужно было вести куда ближе, а Левиафан стоял на якоре через причал. Сообразят ей какие-нибудь сапоги, дадут выпить и выпроводят с рассветом. До того оставалась всего пара часов: ночи элембиоуса темны, но коротки.
   — Спасибо вам.
   — За что? — удивился Александер и совсем по-мальчишески усмехнулся, — Вы мне под руку подвернулись.
   — Молю вас, если это в ваших силах, помогите мне найти корабль. Я могу заплатить.
   Трогательная просьба предвосхитила его предложение отправиться на корабль, только девица говорила о поездке, не о приюте на короткое время. Поэтому Александер ничего ей про Левиафан не сказал, чтобы не обнадёживать раньше времени. После Флинта никто из команды попутчиков брать с собой не желал. Девица эта, конечно, к пиратскому барону никакого отношения не имеет, не мертва и, судя по всему, будет благодарна за помощь — в отличие от пресловутого барона, — но решать такие вопросы в одиночку Александер права не имел, а вмешивать в это дело капитана пока что не собирался, прекрасно зная, каков будет ответ при текущем наборе исходных факторов. Он и сам бы точно такой дал. В Лейфорд им идти не с руки: далеко, малоприбыльно. Морские торговые пути на западном побережье не слишком-то процветали, уступая сухопутным. Там не поживишься. Да и возможности быстро убраться на Сент-Массон, если дело запахнет жареным, каким бы ненадёжным ни стал этот приют после нападения, не было. Покрыть расходы на длительное плавание, компенсировать риски и перекрыть прибыль, что они могут получить, избрав проверенные временем маршруты, беглянке едва ли удастся. Даже если к имеющимся деньгам она прибавит собственное тело.
   С другой стороны, из всех кораблей, стоящих на якоре в неальском порту, только Левиафан в теории мог позволить себе затяжное путешествие вокруг материка. Купцы дальше Кадамира не пойдут. С пересадками девица доберётся до нужного графства через полтора месяца как минимум. Если доживёт. Такие вот прогулки крайне вредны для здоровья.
   Продолжавший буйствовать ветер сдёрнул капюшон с головы девицы, но теперь она не стала прятать лицо. Может, она и была узнаваемой персоной в Неале, однако Александер её видел впервые. В темноте, под блеском редких фонарей, в глаза помимо просвечивающей под уродливой маской горя хрупкой красоты бросался затравленный вид загнанной лани. Она была в отчаянии. Что и неудивительно, если подумать: будь у неё другой выход, не стала бы она молить о помощи первого встречного. Творец знает, кто он вообще такой. Может, честный человек, а может мошенник, проходимец или сутенёр. Учитывая род деятельности Александера, все три определения так или иначе ему подходили. Разве что борделя у него больше не было, из-за чего один из совладельцев удавился, а второй подался в бега от кредиторов. Шлюхи тоже разбежались. Единственной, кто не бежал, была Ласточка, но Александер подозревал, что она завяжет с промыслом и образует какой-никакой счастливый быт с Джеком. Сирена тоже бы не бежала, но, бедное создание, утонула в ночь нападения: море прибрало себе сладкоголосую певунью с нежным лоном и любовью к жемчугу. Возможно, теперь она уже переродилась в настоящую русалку и заманивает моряков на острые скалы своими прелестями, сказками и песнями.
   — Выше моих сил превозмочь себя и вернуться назад, проще утонуть в море. Это слишком больно, милорд...
   — Я не лорд, леди, — оборвал её Александер, выдерживая молящий взор заплаканных светлых глаз, и накрыл ладонью её руку, чтобы убрать со своего предплечья, — До Лейфорда путь неблизкий. Недели три, по спокойной воде да при попутном ветре. Из Неаля редкий корабль напрямую туда идёт. Из тех, что сейчас в порту стоят, ни один.
   Александер жестом предложил девице продолжить путь, не прекращая говорить.
   — Возможно, я знаю людей, что могут вам помочь. Но помогать за просто так они не станут. Сколько вы готовы заплатить?
   Под этим вопросом скрывался другой, более важный: «а при себе ли у вас деньги?».
   Что-то не заметил он у неё на поясе тяжёлого кошеля с золотом, а выглядывающее из-под плаща платье перепачкалось в пыли и грязи и уже не стоило денег, на которые было куплено. Александер как никто в прибыли разбирался, привычка подсчитывать стоимость всего, что можно продать, стала его второй натурой, ибо продать можно было, без преувеличения, всё. Единственной ценностью девицы был кинжал, но его ей лучше держать при себе на всякий случай.
   Кстати об этом… Александер обернулся на ходу, но преследователей не увидел. Поняв, что лёгкая добыча ушла и не желая напрягаться, они отправились на поиски новой. Время ещё было.

+1

5

[nick]Arianna[/nick][icon]http://s1.uploads.ru/aQWTV.png[/icon] [indent] Достаточно было нескольких минут, чтоб отдышаться, дать колотящемуся сердцу успокоиться и осознать, что за ней никто более не бежит, чтоб вновь начать думать головой и оценить нелепое приключение, в котором оказалась. Сбегать от незнакомца Арианна не спешила, но предложение пройтись приняла с опаской. Приняла, вместе с протянутым ей кинжалом, что так неуклюже выронила ранее. В ту минуту, Ричмонд призналась себе, что выронить его было явно к лучшему, ведь неизвестно куда могла воткнуть его с перепугу, когда мужчина схватил ее за руку. Такой жест неожиданно располагал к себе: незнакомец мог не возвращать утерянной вещи, что для Арианны была очень дорога, но не поступил так.
[indent] Молча последовав за молодым мужчиной, так как это было самым разумным из всего, что она могла вообще сделать в текущую минуту, Ари гнала прочь тревожные мысли и старалась не обращать внимания на свои ноги, остро напоминающие о себе с каждым последующим шагом.
[indent] Правда искать глазами пути отхода так и не перестала. Расположение и благодарность это одно, а доверять другое. Как она успела убедиться, даже люди знакомые и близкие могут быть опасны. Что уж говорить о том, кого видишь впервые? Девушка не могла знать, что у её спутника на уме, не знала, кто он, и не имела даже малейшего понятия, куда они направлялись, но сдержать искреннее "спасибо" не смогла. Воображение довольно ярко нарисовало картину происходящего, не подвернись она ему под руку, как выразился её спаситель. Заметив его мальчишескую улыбку, столь открытую и тёплую, Арианна неожиданно смутилась и просто продолжила идти, так и не пояснив причину своей благодарности.
[indent] Размышляя о том, как ей добираться до далекого Ричтауна, она легко сложила два понятия - незнакомец и море - в своей голове, в надежде, что так оно и окажется. Она могла бы просто спросить его о корабле и ничего более, но не успела обдумать свои слова. То ли поддавшись ярким воспоминаниям, периодически возникающим в голове, то ли эгоистичному желанию сказать о своей боли хоть кому-то, девушка, сбиваясь, начала говорить и просить помощи со всем отчаяньем, в котором пребывала. Если оглянуться на свою жизнь, она никого, никогда ранее и ни о чём не просила так, как в эту минуту. Где-то в глубине души, Ричмонд понимала, что может наговорить лишнего, что для мужчины она лишь проблема, свалившаяся на него так некстати, и его совсем не интересует её жизнь. Просто он был добр к ней, а Арианне сейчас очень сильно этой доброты не хватало. Наверное, из-за этого она столь сильно ухватилась за мужскую руку, остановившись, и пыталась найти в его глазах утвердительные ответы. Помощи искать было негде более, и у неё не было другого выбора, кроме как довериться этому человеку.
[indent] - Я не лорд, леди.
[indent] - Простите... Я не знала, как обратиться. - прошептала Арианна, смутившись своей ошибки и своего прикосновения, когда теплая ладонь убрала её холодные пальцы. Девушке ничего не оставалось, кроме как отвести взгляд и поспешно спрятать под плащом руки.
[indent] - Возможно, я знаю людей, что могут вам помочь. Но помогать за просто так они не станут. Сколько вы готовы заплатить?
[indent] - Двадцать пять дней, если останавливаться в каждом порту. При спокойном море и попутном ветре, возможно добраться примерно за восемнадцать. - выпалила девушка, продолжая следовать за мужчиной. Сама не ведая зачем, наверное, по старой привычке знать всё и обо всём. Она хорошо помнила морские расстояния, понимала, что путь не близкий, и он стоит денег, но это знание едва ли могло ей чем-то помочь в данную минуту. - Но это не имеет значения, за неимением корабля. 
[indent] Сделав ещё несколько шагов, Ричмонд остановилась, напряженно разглядывая мужскую фигуру. По правде говоря, она не знала, как ответить на его вопрос. Сложно измерить цену собственных драгоценностей, если никогда ранее об этом не задумывалась. Ей казалось, что золотое и сверкающее содержимое небольшого, но тяжелого мешочка, который прятала на поясе под плащом и то, что было на ней надето, имело немалую ценность. Бесспорно так оно и было, но в спешке вытряхивая содержимое своей шкатулки с украшениями, Арианна совсем не думала хватит ли их стоимости, чтоб оплатить путешествие.
[indent] Самым простым выходом было всё это добро показать, вот только не посреди темной и пустой набережной, человеку, которого знала от силы полчаса.
[indent] Ричмонд подождала пока мужчина обернётся и лишь тогда заговорила.
[indent] - Не могу назвать точной суммы, я её не знаю. Но знаю, что она не малая. - осторожно начала девушка, делая несколько шагов навстречу к мужчине, всё ещё обдумывая, как правильно обьяснить, - Я не знаю расходов на такое путешествие, потому что... Потому что никогда ранее не была в таком положении, как сейчас. Могу лишь надеяться, что у меня есть достаточно для оплаты дороги.
[indent] Пока говорила, совсем перестала смотреть по сторонам, потому что думала не о том. Больше всего Арианна хотела сейчас оказаться в безопасности, вдали от этой жуткой набережной и Неаля в целом. Желательно на корабле, который всё же доставит её в Лейфорд, а ещё наконец-то присесть, хотя бы на минуту, потому что ноги уже совсем не хотели удерживать в вертикальном положении их хозяйку. И если попросить помощи более весомой Арианна смогла, то признаться незнакомцу, что ей больно даже стоять, и попросить о сравнительной мелочи, отчего-то оказалось стыдно. Собравшись было доверчиво предложить показать те вещи, коими собралась платить, девушка резко замолчала, так и не договорив до конца. Испуганно впилась взглядом в темноту набережной за спиной её спутника, отчетливо вылавливая в ней две тени, подобные тем, от которых уже убегала ранее. Страх вернулся незамедлительно, и поделать с этим она ничего не могла. Слишком быстро они передвигались, и слишком близко оказались, выскользнув из-за поворота.
[indent] - Мы можем поговорить где-нибудь в другом месте? - тихо спрашивает Арианна и переводит испуганный взгляд на мужчину, в этот раз, даже не вспомнив о неловкости, прикасаясь к мужскому плечу, - Либо наши старые друзья вернулись, либо у нас появились новые. Двое. За вашей спиной, слева.
[indent] Тем временем тени приближались, и вскоре их можно было разглядеть очень хорошо. К ужасу Арианны, спрятавшейся за мужчиной, они оказались не грабителями или убийцами, промышляющими в ночном Неале, а гвардейцами. Гвардейцами, что с легкостью могли её узнать и вернуть обратно, в чёртов замок, из которого она с таким трудом сбежала. Только возвращаться Ричмонд не собиралась. Того, что с ней произошло, было достаточно, и она знала, крепче сжимая в руке кинжал, подаренный лучшим другом, что решимости у неё тоже будет достаточно.

+1

6

[nick]Alexander MacLeod[/nick][status]мы ебали всё на свете, кроме шила и гвоздя[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2zLUh.gif[/icon]   Едва они приступили к самой интересной для Александера части разговора, а именно к обсуждению грядущей прибыли, как были грубейшим образом прерваны выражением испуга на лице девицы.
   — Либо наши старые друзья вернулись, либо у нас появились новые. Двое. За вашей спиной, слева.
   — Моя популярность начинает утомлять… — пробормотал Александер вполголоса, не сумев удержаться от шутки даже в такой момент, и неторопливо повернулся поглядеть на своих новых друзей.
   Проходимцами эти двое точно не были.
   Красные гвардейские куртки, гладко выбритые физиономии, скука в глазах. Последнее настораживало: будь у гвардейцев срочные дела в порту, они бы внимания не обратили на ночную прогулку моряка и девицы, прошли мимо, опасаясь нагоняя начальства. Но срочных дел у них не было и шли они вразвалочку, никуда не торопясь. Один что-то безостановочно жевал, как корова, перекладывая таинственную жвачку с одной щеки на другую, второй отстал от него на пару шагов и вдруг остановился, роясь в карманах с видом всё более и более взволнованным.
   — Ты мне дорогу загородил, дружище, — посетовал жующий задумчиво, вглядываясь в Александера с нехорошим любопытством. Тот с преувеличенным почтением шагнул в сторону, освобождая гвардейцу путь на настиле, где легко могли разминуться две тяжело нагруженные повозки с товарами. Едва ли не поклонился, отведя руку в картинном жесте «дорога свободна, милорд, нижайше бью челом».
   Возможно, это и стало его роковой ошибкой, но Александер ничего не мог с собой поделать. Представители власти все до одного вызывали у него стойкую неприязнь; сложно полюбить тех, кто притащит тебя на виселицу по приказу господ, даже не озаботившись поразмыслить, виновен ты или нет. Гвардеец свёл брови. Это не предвещало ничего хорошего. В теории. Если же они поторопятся и уйдут…
   Александер потянул за собой девицу, крепко взяв за руку.
   — Блядь, Тони, ты не видел мой сраный кошелёк?
   — Кошелёк? — рассеянно уточнил его приятель, перестав жевать, и обратился к Александеру, уже почти прошедшему мимо, — Эй ты, не видел его кошелёк? Что-то вид у тебя виноватый. Ты кто такой?
   — Тони, я серьёзно, он был при мне, когда мы выходили!
   — Понятия не имею о чём речь, господа, но от всей души желаю вам разобраться.
   Тони схватил его за рукав рубахи, вынуждая замереть. Александер и замер, про себя костеря собственную несдержанность, знатно подогретую элем, и рассеянность второго гвардейца. Вырываться сейчас — значит совершить грубую ошибку. Но он всё же поднял ладони на уровень головы, показывая, что полностью подчиняется закону, порядку и справедливому возмездию, буде оное падёт на него. Нихрена подобного, конечно. Кровь уже бросилась ему в голову. Желание подраться, естественное, как сама жизнь, стремительно крепло. Проклятый эль.
   — Ты стырил его кошелёк? — вглядываясь Александеру в лицо, уже прямо спросил Тони.
   — Вероятность найти его на твоём поясе куда больше, чем на моём.
   — Что ты сказал?
   Александер ухмыльнулся.
   — Я сказал, что…
   — Тони, ты сдурел? Парень даже близко ко мне не подошёл. Отпусти его, и пошли поищем: я, кажется, обронил его где-то по дороге. Нам надо успеть к Анжелике, пока у неё все девочки не закончились.
   — Знаешь, почему у Анжелики кончаются девочки? — поинтересовался Тони и сплюнул жвачку на землю. Изо рта у него пахнуло табаком и гнилью. — Потому что всякое отребье выводит их с собой. Ты, девка, — переключился он на закутанную в плащ фигуру, — Сколько он за тебя заплатил? Я дам тебе в полтора раза больше. Если ты стоишь тех денег, конечно.
   — Тони…
   — Проверь его документы, — отрывисто бросил Тони.
   Судя по всему, он был старше по званию. Или просто наглее. Рукав Александера он отпустил, полностью переключившись на девицу. Попытка разглядеть её лицо под вновь накинутым капюшоном ничего ему не дала, и он приблизился к ней, вглядываясь получше и не прекращая говорить:
   — Бьюсь об заклад, он один из этих. Начальство не любит, когда мы к ним цепляемся, но против одного возражать никто не будет… Даже полезно вздёрнуть одного, чтоб остальные лучше служили.
   Второй гвардеец выругался и почти извиняюще тронул Александера за плечо, отвлекая от действий товарища. И от болезненного зуда в кулаках.
   — Уверен, с твоими документами всё в порядке, — пробормотал он, тем не менее протянув руку, — Не обращай внимания на Тони, он придурок.
   — Я заметил, — поделился Александер, роясь по карманам в поисках документов. Поддельных документов, конечно, но подделанных столь искусно, что подвоха не замечали и опытные таможенники при свете дня. Парочке поддатых гвардейцев в ночи прицепиться было совершенно не к чему.
   — Ему урезали жалование на той неделе, и с тех пор он только и делает, что срывается на всех подряд. Я вызвался сводить его в увольнительную, проветриться, но, знаешь, уже жалею.
   Александер изобразил сочувствие. К его удивлению, для этого даже напрягаться не пришлось. Чины чинами, служба службой, а будь у них в команде кто-нибудь наподобие такого вот Тони, его в первый же день высадили бы на одном из необитаемых островов Ядовитого моря, куда и чайки-то не залетают. Или протянули под килем. Картинка вырисовалась упоительная. Найдя наконец бумаги, Александер уже почти было достал их, как вдруг у стоящего перед ним гвардейца округлились глаза. Смотрел он куда-то ему за спину.
   — Твою мать!
   Александер обернулся, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Тони оседает на землю, прижимая обе руки к животу. Девица стояла над ним с кинжалом в правой руке. С клинка на землю капало нечто тёмное, до безобразия напоминающее кровь.
   — Ты… какого… да я тебя… — рука гвардейца легла на эфес шпаги, но прежде чем сталь блеснула в свете фонарей, Александер оказался у него за спиной. Сориентировался он быстро. Как вспоминал потом, на удивление быстро. Будто предвидел исход.
   Он, может, и не был двух саженей ростом, но руки у него всегда были сильные. Годы на торговом судне, а потом и на Левиафане развили и натренировали природные качества и умения; мёртвый хват, чтобы не быть смытым волной в море, точность движений, чтобы ухватиться за корабельный канат в бушующий шторм или не сверзиться с мачты на палубу. Быстро, точно и крепко он обхватил горло гвардейца одной рукой, придавил локтем, сцепил ладони в замок возле его уха. Несколько томительных мгновений, вздувшиеся от напряжения жилы на руках и шее, до крови вцепившиеся в предплечье чужие пальцы, надсадный хрип, скрип сапог о доски настила… конец тому положил сухой треск сломавшейся кости. Гвардеец обмяк на его руках.
   Сложно продолжать борьбу со свёрнутой шеей. Все это знают.
   Продолжая удерживать теперь уже мёртвое, бессильно обвисшее тело в подобии дикого объятия, Александер, тяжело дыша, бешено воззрился на девицу и приложил все усилия к тому, чтобы не закричать — если из шёпота в принципе мог получиться крик:
   — Дамочка, вы совсем ебанутая?!
   Он подхватил сползающий на землю труп под руки.
   — Блядь…
   Думать и решать следовало быстро. Крайне быстро. Мысли кружились у него в голове  как бешеные, в ушах шумела то ли кровь, то ли далёкий шторм. Пришей они пару гуляк, всё списали бы на разбойников и дело закрыто, но из-за этих двоих могут и порт закрыть, и полный досмотр стоящим на якоре судам устроить: а этого допустить никак было нельзя. Александер втянул носом воздух, успокаиваясь, огляделся. Тела не спрятать: далеко тащить, местность открытая. Вдвоём с кем-нибудь из команды они бы справились, но рассчитывать в этом вопросе на босоногую мадемуазель явно не стоило.
   — Уберите кинжал, леди, пока ещё кого-нибудь не зарезали, и помогите мне снять с него куртку, — наклоном головы он указал на тело на своих руках. — Теперь достаньте его шпагу и окуните в рану этого… Тони. И бросьте на землю рядом с ним. Куртку поверх. Быстрее.
   Глядя, как девица исполняет его приказания, Александер пробормотал скорее себе, чем ей:
   — Сделаем вид, что он прирезал товарища и пустился в бега… Быть мне сожранным кракеном, если в это кто-нибудь поверит.

+1

7

[nick]Arianna[/nick][icon]http://s1.uploads.ru/aQWTV.png[/icon] [indent] Праздно шатающиеся по набережной гвардейцы, определенно были не к добру. Мужские лица были не знакомыми, но, сожри их дракон, этих стражей Мориа. Их в Неале было так много, что понять видела она их раньше или нет, вообще не представлялось возможным. Это вам не Оштир и мельтешащая перед глазами Королевская гвардия на протяжении семи лет. Даже если они ее не узнают, даже если у ее нового знакомого есть при себе документы, такая встреча не сулила ничего хорошего. Арианна никогда не идеализировала гвардию в золотых доспехах, что уж говорить о людях графа Руашира.
[indent] - Ты мне дорогу загородил, дружище – задумчиво произносит один из гвардейцев, а Арианна молча наблюдая за происходящим из-под капюшона, презрительно скривилась.
[indent] «Вот уж воистину тесно, продохнуть не выйдет, не то что пройти» - поделать с собой ничего не могла, ее раздражало такое поведение, но свои слова она на удивление благоразумно проглотила. Совсем не время было провоцировать гвардейца, именно этого и ждущего.
[indent] Ричмонд поглядела на своего спутника. К слову о благоразумии, им было бы неплохо просто пройти молча мимо, и отправиться подальше отсюда, но нет. Провокация в каждом жесте была замаскирована под почтение откровенно плохо. Такое отношение к определенным людям Арианна понимала, но тем не менее, ситуация не располагала, от слова совсем, а потому девушка смотрела на происходящее с выражением медленно накатывающей паники. Ричмонд так и подмывало дерзко спросить: а не ударился ли головой часом?
[indent] Не привлекать лишнего внимания не вышло, но попытка уйти все же произошла. Арианна, никак не возражая и не сопротивляясь, последовала  за своим спасителем, крепко держащим ее за руку. Не сделав и пары шагов, резко остановилась следом за ним, едва не столкнувшись с мужской спиной.
[indent] «Твою ж мать, Тони, откуда ты вообще свалился, такой наглый?» - Арианна мысленно застонала, не подбирая выражений, напряженно глядя на настырного гвардейца, схватившего ее спутника за рукав рубахи.
[indent] Испуганно сжала сильней мужскую руку, пытаясь таким образом попросить большей сдержанности. Сразу же отпустила. Особо не надеялась, что это поможет: все же, что б тебя поняли, гораздо эффективнее просить ртом, а не жестами.
[indent] Боясь лишний раз пошевелиться, Арианна наблюдала за происходящим молча, успев трижды проклясть этого Тони, будь он неладен, с его дурацкой привычкой жевать во время разговора, и откровенную дерзость своего спутника. Последнее, правда, было не со зла, а скорее от страха.
[indent] На словах второго гвардейца Арианна облегченно выдохнула. Раз он винил собственную рассеянность, то все могло закончиться хорошо. Едва девушка успела об этом подумать, как возмущенно впилась глазами в этого Тони, или, как там его правильно звали, решившего обратиться к ней.
[indent] - Сколько он за тебя заплатил? Я дам тебе в полтора раза больше. Если ты стоишь тех денег, конечно.
[indent] - За всю жизнь не расплатишься. - зло прошипела девушка, едва слышно. Скорее самой себе, чем гвардейцу. Впрочем, в ту минуту было плевать, услышал ее кто-то еще или нет. Как-то не сразу пришел в голову тот факт, что стоящая рядом особь мужского пола, а иначе назвать не могла, понятия не имеет, с кем разговаривает. Лучше бы и не имел.
[indent] - Проверь его документы, - гвардеец приблизился к ней, не сводя с нее взгляд и отвлекая от остального происходящего. - Бьюсь об заклад, он один из этих. Начальство не любит, когда мы к ним цепляемся, но против одного возражать никто не будет… Даже полезно вздёрнуть одного, чтоб остальные лучше служили.
[indent] Понимая, что так просто их не отпустят, Арианна судорожно сглотнула, медленно отступая на несколько шагов назад, и мысленно молила небеса, чтоб документы у ее спутника все же были.
[indent] - Сир, произошла какая-то ошибка. Не знаю за кого вы нас приняли, но мой муж моряк и честный человек. – Арианна остановилась и спокойно обратилась к гвардейцу, из всех сил старясь сдерживать страх и отвращение при виде наглой приближающейся физиономии, что упорно пыталась ее разглядеть. – Мы не сделали ничего дурного.
[indent] - Тогда тебе нечего бояться. - с издевкой произнес гвардеец, прикасаясь к ее лицу.
[indent] В надежде, что чертова проверка документов закончится, и они смогут уйти с этой набережной подальше, Ричмонд с трудом подавила желание вновь отступить назад от подошедшего вплотную мужчины и отшвырнуть от себя руку, бесцеремонно ухватившую ее подбородок.
[indent] Чего было больше, отвращения или страха, когда глаза гвардейца впились в ее лицо, она не знала. Балансируя на грани между паникой и истерикой, девушка могла лишь молить Творца избежать того, что было неизбежно. Будто предчувствовала, едва завидев красную форму, что в ничего не выражающих, холодных глазах промелькнет узнавание. Ричмонд никогда бы не смогла обьяснить столь быструю реакцию. Воистину, когда тобой движет страх, ты просто перестаешь думать о совести и последствиях, и сделаешь невозможное дабы устранить угрозу.
[indent] - Ваше… - поддавшись страху, Арианна сделала резкий выпад рукой, все еще крепко сжимавшей кинжал, и едва слышный голос гвардейца оборвался. Сталь не встретила преграды в виде доспеха, легко погружаясь в плоть в районе солнечного сплетения. Узнавание в глазах сменилось недоумением, и лишь затем болью. Ему было больно, но, не смотря на это, гвардеец не отвел взгляда и бесполезно продолжал цепляться за свою жизнь, изо всех сил сжимая рукой ее запястье и жадно хватая ртом воздух.
[indent] Резко вырвав руку, Арианна вытащила кинжал и отступила на шаг назад. Горячая кровь перестала заливать пальцы. Гвардеец тяжело рухнул сначала  на колени, обеими руками зажимая рану, затем вовсе глухо повалился на деревянный настил. Неотрывно девушка смотрела на, теперь уже мертвого, Тони, понимая, что сделала, но удивительным образом не чувствуя ничего. Даже страх отступил, и где-то на задворках сознания мелькнула до безобразия циничная мысль, что дядя был прав. Это легко.
[indent] Внимание привлек звук возни в нескольких метрах от нее. Девушка подняла взгляд  и в таком же ступоре бесконечные минуты наблюдала, как сильные руки, обхватившие шею второго гвардейца, устраняют еще одну угрозу.
[indent] Прийти в себя помогает весьма не лестный оклик, и Арианна, растерянно моргнув, резко впивается взглядом в лицо своего спутника, который, судя по всему, был очень зол, а затем вдыхает глубоко, жадно, понимая, что до этого задержала дыхание.
[indent] - Дамочка, вы совсем ебанутая?!
[indent] - Вы тоже не сказочный рыцарь. – тихо огрызается девушка, раздраженно сдергивая капюшон с головы.
[indent] Дико хотелось выдать еще одну колкость, но язык Ричмонд прикусила. Побоялась разозлить мужчину еще больше. Она итак принесла ему слишком много проблем, а потому не удивилась бы, если бы незнакомца посетила мысль, что проще от нее избавиться, чем получить на свою голову новые. Спрятав кинжал, Арианна быстро подошла к мужчине, и молча, дрожащими руками начала стаскивать куртку с трупа. Все же, ее шея гораздо тоньше, чем у гвардейца.
[indent] - Сделаем вид, что он прирезал товарища и пустился в бега… Быть мне сожранным кракеном, если в это кто-нибудь поверит.
[indent] - Едва ли утром кому-то будет дело до мертвого гвардейца… - вполголоса пробормотала Арианна, бросая на землю запачканную кровью шпагу и накрывая курткой все это «великолепие». Она прекрасно понимала, что шуму будет много, когда найдут тело, но о бедном Тони позабудут, как только выяснится ее пропажа. Если уже не выяснилась.
[indent] - Куда вы собираетесь деть второго? - обратилась Ричмонд к мужчине, с выражением полного недоумения на лице, совсем позабыв о том, что собралась не задавать лишних вопросов. Незнакомец, тем временем, склонился, перехватив крепче мертвое тело, и не без труда взвалил труп гвардейца себе на плечо. 
[indent] Мысль о том, куда деть второго покойника, была вытеснена другой, куда более важной: куда деть себя. Стоило Арианне на секунду подумать о том, что она может остаться одна посреди ночной набережной, в компании убитого ею же Тони, как сразу начала возвращаться паника и осознание всего, что с ней произошло в этот вечер.
[indent] - Прошу вас, не оставляйте меня здесь… - обреченно прошептала девушка незнакомцу, следуя за ним, прекрасно при этом понимая, что может оставить и будет сто раз прав. Судя по всему, ее новому знакомому люди в форме уже успели перейти дорогу и чем-то насолить в прошлом, если учитывать развернувшееся ранее представление, но это ничего не меняло. Теперь она не просто под руку ему подвернулась, с просьбой помочь найти корабль, и два трупа тому доказательство.
[indent] Пункт назначения оказался ближе, чем можно было представить. Не пройдя примерно и ста метров, казавшихся ей бесконечными, Арианна остановилась, разглядывая огромный корабль, насколько это было возможно в темноте ночи. Каждый шаг, сделанный ею по пристани, давался тяжело. И дело было даже не в ногах или усталости. Неизвестно было, куда он приведет. Безвыходность ее положения теперь была подкреплена убийством человека, и думать об этом было страшно.  [indent]  [indent] Подымаясь следом за мужчиной по деревянному мостику, перекинутому с корабля на причал, на борт галеона, Арианна уже ни в чем не была уверена и впервые в жизни не знала, что делать.

+1

8

[nick]Alexander MacLeod[/nick][status]мы ебали всё на свете, кроме шила и гвоздя[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2zLUh.gif[/icon]   Александер ненадолго усадил труп на настил, чтобы перехватить поудобнее, после чего закинул его на плечо, уже не обращая ни малейшего внимания на действия девицы в плаще. Кем бы она там ни была, сколько бы денег у неё при себе ни было, стоило ли это неприятностей, которые могли обрушиться на команду? Стоило ли это риска быть повешенными здесь, в Неале, в самом лояльном после Суфолка к пиратам графстве? Нет. Определённо, нет. Но одна мысль заставила Александера оглянуться назад, чтобы проверить, идёт ли девица следом. Крохотное, и всё же реальное опасение, что, схвати её городская стража, она выдаст его, а следом за ним ко дну пойдут и остальные. Пусть лучше будет под рукой, чтобы за ней можно было проследить, а, в случае необходимости, разделаться.
   — Прошу вас, не оставляйте меня здесь…
   — В таком случае, не отставайте.
   Шёл он не то чтобы быстро. Мёртвый гвардеец, свисающий с плеча мёртвым же грузом, не прибавлял ему скорости, хотя нежелание попасться его здравствующим собратьям весьма подгоняло. Словом, девице с босыми ногами нетрудно было поспевать. На носу Левиафана тускло горел фонарь. Когда они подходили, корабельный колокол отбил шесть склянок средней вахты. Кто-то — должно быть, Хью, — взобрался на борт корабля спиной к причалу и принялся насвистывать популярную и крайне прилипчивую песенку, доносившуюся из всех щелей на Сент-Массоне последние несколько месяцев.
   — Что же, что же делать будем с пьяным моряком рано поутру?
   — Подкинем ему безумную беглянку и два трупа, — вполголоса проворчал Александер, не без труда втаскивая тело по сходням на палубу Левиафана.
   Девица шла за ним, как приклеенная, и сбегать пока не собиралась. Хорошо. Заслышав шум, Хью обернулся в их сторону, спрыгнул с борта и выхватил саблю из ножен. Александер, не обратив на него никакого внимания, сгрузил труп на палубу и с наслаждением распрямился, разминая затёкшие мышцы спины.
   — Хью! Положи-ка это и сгоняй позови… — кого? Бреннан и О’Рэйли остались в кабаке, Джек с Ласточкой, Боб до усрачки боится мертвяков, после Флинта и на пушечный выстрел к ним не подойдёт. — Сэма. Давай живо, одна нога тут, вторая там.
   Хью опасливо поглядел на тело, затем на боцмана, затем на его спутницу. Медленно сглотнул, кивнул, едва не сверзился наземь, запнувшись о канат, и, путаясь в ногах, умчался, на ходу пряча саблю обратно в ножны. Сэм появился из трюма всего через полминуты. Хью, движимый любопытством, следовал за ним по пятам. Александер только и успел, что закрыть гвардейцу остекленевшие глаза, молча выразить слова сожаления и обернуться к девице с не предвещающим ничего доброго выражением на лице.
   — Боцман? — позвал Сэм, подходя ближе, — Кто это? Что происходит?
   — Хороший парень, оказавшийся не в том месте не в то время, — отрекомендовал труп Александер, вновь поглядев на мёртвого гвардейца.
   Что и говорить, парня было жаль. Он действительно казался неплохим человеком, по сравнению с тем Тони так уж точно, и виноват был только в том, что носил красную куртку и поддержал мудака-друга. Такого конца он так или иначе не заслужил. Александер и сам не знал, почему между ним и мутной девицей выбрал последнюю. Может, жажда наживы оказалась в нём сильнее порядочности. Раз так, получается, он превратился в того, кем когда-то пообещал себе ни за что не становиться: в бездушного стяжателя, готового на любую подлость ради денег. Потом он станет себя убеждать, что гвардеец не дал бы ему спокойно уйти, прицепился к команде, в то время как он, Александер, руководствовался только необходимостью эту самую команду защитить. Но это потом. Гарнизон форта будет не таким сговорчивым, как его совесть, если тело гвардейца найдут на борту Левиафана.
   — Пускай Линч в саван его зашьёт. Как можно быстрее, без всяких его исследований, вскрытий и прочего. Тело спрячьте в трюме. Только смотрите, чтобы крысы не добрались. Выйдем в море — похороним его, как следует. Поняли?
   Сэм без лишних вопросов кивнул. Никто не приносит в «дом» труп за здорово живёшь, просто потому что так захотелось, и это становится общей проблемой. Пока с ней не разберутся, разговоры можно отложить. Но Хью, пока не очень разбиравшийся в тонкостях, ткнул пальцем в девицу.
   — А кто она?
   — Наша… гостья. Я представлю её капитану. Но прежде притащи-ка флягу с ромом из моей каюты, и пару сапог, которые вчера купил.
   — Как, новые? — голос у мальчишки от волнения стал звонким, будто и не ломался никогда, — Я их и не надёвывал ни разу!
   — Купишь ещё. С денег из моей доли. Хью, я не стал бы просить, будь дело неважное…
   Больше Хью спорить не стал и вскоре вернулся с ромом, сапогами и куском старой парусины. Ром Александер взял себе, сапоги сунул в руки девице. Парусину Хью с Сэмом расстелили на палубе и принялись заворачивать в неё мертвеца.
   — Наденьте, — велел Александер, кивнув девице на сапоги, что она продолжала сжимать в объятиях, отвинтил крышку с фляги и хорошенько приложился к горлу. — Как вас зовут?
   Настоящего имени он не ждал, но как-то же нужно обращаться к этой безумной.
   — Зачем вы пырнули того ублюдка? — спросил он, глядя, как некогда живой человек превращается в белый свёрток характерной формы, и устало прислонился спиной к борту Левиафана, — Он не навредил бы вам, не успел… Это из-за его слов? — Александер перевёл взгляд на девицу, — Послушайте, мне дела нет до него, да и до этого бедолаги по большому счёту тоже, но прежде чем я представлю вас капитану и заикнусь о том, что нам надо идти в Лейфорд, я должен знать: вы и впредь будете создавать неприятности? Замахиваться кинжалом на каждого, кто заподозрит в вас девицу лёгкого поведения?
   Он запрокинул голову, сделал ещё один щедрый глоток из фляги и завинтил крышку. На старые дрожжи и пережитое волнение ром лёг идеально, почти что вернув Александеру доброе расположение духа. Однако в его словах не ощущалось на то и намёка.
   — Запомните: если кто-то из моей команды пострадает от ваших рук или по вашей вине, я лично перережу вам горло и сброшу за борт. Всё ясно?
   Он не преувеличивал. Любой из команды стоил в десять раз дороже, чем всё золото, которое могла предложить эта девица. Если она вообще собиралась что-то предлагать. Так или иначе, оставлять её в Неале было нельзя. Высадить в ближайшем попутном порту, и дело с концом.
   — Теперь, когда мы это прояснили, вернёмся к компенсации за доставленные неудобства и плате за проезд. Показывайте, что там у вас.
   Сэм закинул свёрток с телом на плечо так же, как Александер несколько минут назад, и понёс в трюм. Хью остался на месте, неловко поглядывая на боцмана и девицу краем глаза и раскачиваясь с пятки на носок. Потерю новых сапог он сносил героически, но нет-нет да проходила по лицу рябь сожаления.
   — Хью, Бреннан и О’Рэйли остались в кабаке, приведи их. Обоих. Бреннан дрыхнет, О’Рэйли приходует какую-то девку, но оба должны быть здесь к восьмой склянке. Только идите не обычным путём, а через дворы. На набережной… не прибрано.
   — Ладно, мастер Маклауд, схожу. А когда вы мне денег на сапоги дадите?
   Усмехнувшись — застенчивая наглость паренька всегда импонировала ему, — Александер вынул из кошелька несколько монет, больше, чем Хью потратил вчера, и отдал ему. Сияя, парнишка сунул монеты за пояс и бегом кинулся исполнять поручение. В том, что он сделает всё, как подобает, Александер не сомневался. Вся команда будет на борту в течение получаса, и тогда, если капитан решит, можно будет сняться с якоря на рассвете. Шторм пока оставался проблемой, но лучше уж пережить пару «мокрых» часов там, чем оказаться на виселице здесь.

+1

9

[nick]Arianna[/nick][icon]http://s1.uploads.ru/aQWTV.png[/icon] [indent] Легкий мотив неизвестной доселе песни стих, стоило им взойти на корабль. Палуба была пустой, за исключением паренька, напевавшего песенку и встретившего их обнаженной саблей. Арианна, все еще пребывавшая в состоянии оцепенения, опасливо поглядела сначала на саблю, потом на парня, а затем на своего спутника, от которого боялась даже шаг в сторону ступить.
[indent] Мужчина, тем временем, сгрузил с себя мертвое тело гвардейца, и о чем-то заговорил с парнем. О чем, она не слушала. Вернее слова очень медленно доходили до ее сознания. Паренек по имени Хью едва не расшибся и шустро скрылся из поля зрения. Арианна огляделась мельком, не уловив ничего из окружающей обстановки. Не важно, куда она смотрела: борт корабля, мачта, тусклый фонарь или какая-то бочка, взгляд все равно возвращался к единой точке. К недвижимому бездыханному телу на палубе.
[indent] На лицо своего спутника Арианна не глядела. Не знала, что говорить. Не понимала, зачем убил второго гвардейца, если мог просто оставить ее на набережной, справедливо отвечать перед законом, и уйти от греха подальше.
[indent] Вскоре на палубе появилось новое лицо. Разговор мужчин доходил до нее отрывками, но цеплял что-то в душе. Что-то, от чего девушка начинала чувствовать себя откровенно паршиво. Это сложно было обьяснить даже себе. После всего, что с ней произошло, все чувства и ощущения притупились. Будто их кто-то потушил, как свечу, и Ари, по обыкновению разрывающаяся в противоречивых и ярких эмоциях, стала абсолютно пустой. И тем не менее она старалась понять, что с ней происходило. Стояла недвижимо, судорожно обхватив плечи руками, впившись пальцами, наверняка до синяков, но не чувствовала этого, будто не существовало ничего больше кроме мертвого человека перед глазами.
[indent] Ног не чувствовала, усталости тоже. Начинала ощущать неясный страх, засевший где-то в подсознании, и вспоминала. Вспоминала разговор с дядей. То, как доказывала ценность человеческой жизни. Слова, в которые она верила, оказались пустыми. Даже не потому что у Эдварда на все были неоспоримы аргументы и доказательства. Она сама все это перечеркнула одним ударом кинжала. И плевать, что этот Тони был полной задницей, но он должен был жить. Как и его товарищ. Неужели она такая же, как и Он?
[indent] Девушка очнулась, когда ей всунули в руки сапоги. Растерянно подняла взгляд, посмотрела на своего спутника, затем снова на обувь, что ей велели надеть. Лучше бы не упоминал об этом. Ноги напомнили о себе саднящей болью, стоило только о них подумать. Ей было нужно, как минимум, немного воды, что б смыть грязь и промыть раны, заработанные, благодаря камням, пока бежала. И только потом обувь. Но попросить девушка не решилась.
[indent] - Как вас зовут? – вопрос застал врасплох, Арианна едва не выпалила свое настоящее имя.
[indent] - Оливия, - почти без заминки ответила Ричмонд, взглянув на мужчину, что, то и дело, делал глоток чего-то явно алкогольного из бутылки. - Оливия Ленли.
[indent] Да простят ее кузина и покойная королева. У Эленор проблем от этого явно не будет – в роду Ленли никаких Оливий отродясь не бывало. Что до имени… раз человек мертв, то с него и спроса нет.  Зато, почившая королева сделает после смерти доброе дело, в лучшем мире ей зачтется. И плевать, что это богохульство.
[indent] - … вы и впредь будете создавать неприятности? Замахиваться кинжалом на каждого, кто заподозрит в вас девицу лёгкого поведения?
[indent] - Да плевать мне кто и что заподозрит. – тихо огрызнулась Арианна, - Дело вовсе не в этом…
[indent] Девушка осеклась, вновь перевела взгляд на труп, почти полностью обмотанный парусиной. Что она могла сказать? Что убила из-за страха? Да, это был бы честный ответ, но это паршивое оправдание.
[indent] - Запомните: если кто-то из моей команды пострадает от ваших рук или по вашей вине, я лично перережу вам горло и сброшу за борт. Всё ясно?
[indent] - Я поняла вас, - тихо произнесла Арианна, повернувшись к мужчине, - У меня не было таких помыслов.
[indent] Глядя на мужское лицо, Арианна отчетливо понимала, что это не пустые слова. На кораблях, команда считалась второй семьей. Для кого-то даже не второй – единственной. А если семье что-то угрожает, люди ни перед чем не остановятся чтоб эту угрозу устранить. В данной ситуации, угрозой была она.
[indent] - Теперь, когда мы это прояснили, вернёмся к компенсации за доставленные неудобства и плате за проезд. Показывайте, что там у вас.
[indent] Еще мгновение Ричмонд смотрела на мужчину, затем подошла ближе и устало оперлась спиной о борт рядом, так же, как сделал это он ранее. В разговор мужчин Арианна не встревала, да и не спешила показывать все, что имела при себе, кому-то, кроме ее знакомого. Хотя опасения по этому поводу сразу же показались напрасными. Стоило поглядеть на искреннюю улыбку парня по имени Хью, как ей враз стало теплее, но желание зареветь превысило отчего-то все допустимые нормы. Может потому что тоже когда-то, будто бы в другой жизни, умела улыбаться так же искренне и открыто, но казалось что больше никогда не сможет?
[indent] Паренька и след простыл, и они остались вдвоем на палубе. Арианна понимала, что ее спутник все еще ждал ответа, но молчала. Дрожащие пальцы невольно выпустили из рук сапоги, которые она так и не обула. Девушка вдохнула глубже, пытаясь успокоиться, отцепила, не без труда, мешочек с драгоценностями и протянула его мужчине.
[indent] - Вот, возьмите. Там три золотых ожерелья с драгоценными камнями, три пары серег и пять колец. И нет, я не воровала, - зачем-то добавляет в конце, что драгоценности ее, хотя после всего, что произошло, уже не особо имело значения воровка она или нет. Но Арианне упрямо не хотелось, чтоб о ней так подумали. – Впрочем, вам это вряд ли важно.
[indent] Задумалась на миг, отчего она так сказала. Точно уверенной Арианна быть не могла, но уже не малое время ее не покидало предчувствие, что этот галеон отнюдь не торговое судно. То, с какой легкостью незнакомец убил гвардейца, сабля Хью, произнесенные в ее адрес угрозы - все это лепило в ее мозгу совсем не радужную догадку. Вот только судить кого-то, руководствуясь одним лишь мнением про капитана Флинта, Ричмонд не собиралась. И убегать не спешила, даже не смотря на страх, и на то, что ее жизнь на этом корабле ничего не стоила. Наоборот рискнула еще больше.
[indent] - Возьмите и это тоже, - Арианна с грустью протянула кинжал, единственное, что осталось у нее в память о павшем графе Суфолка, вместе с поясом и ножнами, - Чтоб вы не думали, что я убью кого-то еще. К тому же он стоит денег.
[indent] Пока мужчина изучал содержимое темного мешочка, в тусклом свете корабельного фонаря, Арианна вспомнила еще об одной вещи. Не раздумывая, девушка развязала темный плащ и сняла с шеи ожерелье, о котором благополучно позабыла еще с чертова праздника. Последовательно соединенные между собой, от меньших к большему, тридцать четыре идеально-чистых рубина, в оправе из золота.
[indent] - Больше у меня нет ничего. – Арианна отдала ожерелье без колебаний. Украшение было не жаль, пусть и подарено оно было королевой - матерью, пусть и передавалось поколениями. Бесспорно, оно было самым дорогим и старинным из всего, что при ней было, но для девушки оно больше ничего не стоило. - Этого будет достаточно? Для оплаты дороги, сапог и компенсации ущерба?
[indent] Что мужчина будет делать с этими драгоценностями, ей было уже все равно. Арианна перевела взгляд на то место, где раньше было тело гвардейца, затем обернулась и вгляделась в темноту ночи. Не смогла больше сдерживать слезы, что катились по щекам и не собирались останавливаться. Не смогла сдерживать чувства и слова.
[indent] - Я не хотела его убивать… Испугалась. – произнесла тихо и со всех сил вцепилась пальцами в борт, совершенно не понимая зачем все это говорила, – Это второй человек которого я убила, но первый, кто этого не заслужил. Ненамеренно… Просто, он узнал меня. И мог отправить туда, откуда я сбежала.
[indent] Голос дрожал и срывался из-за слез, и Арианна ничего не могла с этим поделать, как и заставить себя замолчать. Неожиданно девушка обернулась и посмотрела на стоящего рядом мужчину.
[indent] - Скажите, всегда, когда убиваешь, чувствуешь себя чудовищем, которому нет прощения? Всегда так больно? – Арианна не знала, что хотела услышать в ответ. И хотела ли этот ответ слышать вообще.
[indent] Одно она знала точно, что не хотела становиться этим чудовищем, но с отчаяньем понимала, что уже поздно. Арианна не хотела быть такой, как дядя или отец, но выбора, похоже, лишила себя сама. Об этом ясно говорили глаза мертвого Тони, что она сейчас видела перед собой, и которые навсегда запомнила.
[indent] - Вы вправе меня прогнать, вправе убить… Слишком много неприятностей я приношу. Слишком...– Арианна запнулась, стараясь вдохнуть глубже, потому что воздуха не хватало. В одно мгновение ноги перестали ее держать, и девушка тяжело опустилась прямо на палубу, но продолжила говорить, срываясь, пока голос из-за слез не стих совсем. – Я этого не хотела. У меня отобрали самое дорогое, от ненужного я сбежала сама… Я не хотела причинять вред. Убивать... Боже, я просто хотела добраться к сыну, которого я еще могу защитить.

+1

10

[nick]Alexander MacLeod[/nick][status]мы ебали всё на свете, кроме шила и гвоздя[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2zLUh.gif[/icon]   Ленли. Ленли. Где-то слышал он эту фамилию, да только не мог припомнить, когда и где. Догадка вертелась на языке, дразня очевидностью и недоступностью. Пока Александер тщетно напрягал память, Оливия показывала свои сокровища. Кольца, серьги. Он внимательно рассматривал каждое украшение. Блеск драгоценных камней не оставлял сомнений в их подлинности. Александер не был невеждой в этом вопросе, хотя и не отказался бы проверить камни ещё раз, с помощью требуемых оценщику инструментов, чтобы установить точную цену. В руках Оливии лежало весомое состояние. Нетрудно представить, что случилось бы с ней, попадись ей на пристани другой моряк. За такое богатство простые люди убивают быстрее, чем подсчитывают его полную стоимость. Благородных же людей в порту Неаля по пальцам можно пересчитать. Всё это в очередной раз подтверждало, что леди Ленли была не просто на грани отчаяния, а далеко за этой гранью. Осознавала ли она свои поступки, когда вручала незнакомцу, не зная даже его имени, все ценности и единственное оружие, которым в теории могла от него защититься?
   Александер был не из тех, кто воспользовался бы её наивностью, и всё же.
   Как видно, у дураков свой Творец.
   Оливия расстегнула и сняла с шеи последнее ожерелье, из больших рубинов в золотой оправе. Александер уставился на него со всевозрастающим нехорошим подозрением. Девица могла сколь угодно утверждать, что не крала ничего из этого, но семью, обладающую таким богатством, он бы помнил по фамилии. Скорее всего, эта Ленли была дамой в свите более влиятельной госпожи. Какие бы события ни сподвигли её на бегство, прежде она обрала шкатулку с драгоценностями этой госпожи и была такова.
   — Этого будет достаточно?
   Проблема заключалась в том, что Александер не мог отнести приметные драгоценности оценщику в том же городе, где они были украдены. То был бы бессмысленный и глупый риск. Если предположить, что они настоящие, в чём он почти не сомневался, если предположить, что их можно продать, не разбирая по частям, если… слишком много «если» для однозначного положительного ответа. Тешить Оливию ложной надеждой он не стал, да та и не ждала от него никаких слов, отвлекшись на свои мрачные мысли.
   — Скажите, всегда, когда убиваешь, чувствуешь себя чудовищем, которому нет прощения? Всегда так больно?
   Александер пожал плечами. Сам он ничуть не терзался и думал сейчас только об ожерелье в своих руках, пересчитывая количество рубинов. Тридцать четыре, мать их, идеальных рубина, как на подбор. Конечно, они потеряют в стоимости по отдельности, но…
   — Вы вправе меня прогнать, вправе убить… Слишком много неприятностей я приношу. Слишком...
   Александер вскинул голову как раз в тот момент, что Оливия сползла вдоль борта галеона на палубу, захлёбываясь слезами и невнятной, но определённо крайне горестной речью.
   — Не плачьте, Оливия, — осознав, что состояние девицы требует постороннего вмешательства, Александер сунул мешок с драгоценностями в карман, присел рядом с ней на корточки и ободряюще, но не без внутренней борьбы, коснулся плеча.
   Женских слёз он не переносил, при виде их неизбежно впадая в ступор и теряясь, не зная, как и чем остановить их поток. По его опыту, не срабатывало ничто: ни рассудительные уговоры, ни решительные действия. Едва начав поливать слёзы, женщины всегда находили повод зарыдать ещё пуще, хоть ты в морской узел завяжись ради их улыбки. Иногда они принимались рыдать даже от счастья, чего Александер, как ни старался, понять для себя не мог. Суть печали Оливии он разобрал как мандраж по убийству, поскольку помнил как сам убил впервые и что чувствовал в тот миг. Ничего приятного, это точно, пусть и не до слёз — но то он, а то рафинированная леди.
   — Тот парень, Тони, был знатным подонком, этот свет без него стал гораздо чище. Не о чем вам жалеть.
   Он пытался утешить девицу, но, что не удивительно, прогадал. Её расстройство оказалось многослойным, и убийство гвардейца было лишь внешней стороной, обращённой к миру. Услышав о сыне, Александер прежде всего удивился. Оливия выглядела такой юной и хрупкой. Казалось невозможным, чтобы у неё уже был ребёнок, или даже не один. Следом пришло сострадание. Судьба Оливии живо напомнила ему судьбу Аделин. Раннее замужество, сомнительное счастье. У Аделин тоже был сын, маленький темноволосый мальчик. Александер видел его всего пару раз, да и то издали. По понятным причинам он не мог ни приблизиться к ребёнку, ни заговорить с ним. Александер никогда не спрашивал, а Аделин никогда не поднимала эту тему, но иногда он думал, что мальчик его. Подозрения эти, впрочем, не звучали вслух, и даже Марион, знавшая чуть больше и видевшая чуть дальше, обходила стороной вопрос отцовства Кеннета. О таких вещах не дознаются. К чему истина, когда нет возможности изменить положение дел? К чему пирату, разбойнику и потенциальному висельнику быть отцом? За Кеннетом, чьим бы сыном он ни был, ухаживали. Он рос в достатке, не знал голода. Играл и веселился, был окружён заботой. Имел большое будущее, долю в наследстве влиятельного барона. Мог даже получить титул. Отнять всё это ради истины? Александер не был ни глуп настолько, ни жесток. Дети не должны отвечать за грехи родителей. Дети не должны использоваться как фигуры в политических играх взрослых. К сожалению, эти убеждения были непопулярны в подлунном мире. Число убиенных и пострадавших по вине взрослых детей исчислялось даже не сотнями, тысячами.
   Александер не хотел, чтобы ребёнок Аделин стал частью этой жестокой игры, был он его сыном или не был. И подсознательно перенёс такое же желание и на ребёнка Оливии. Украшения, отданные ею, вдруг начали жечь и оттягивать карман.
   — Вы на одном из самых быстроходных галеонов во всех известных морях, — Александер благоразумно не уточнил про неизвестные моря, догадываясь, что Оливия, если только не была полной дурой, начинает понимать с кем связалась, и ни к чему пугать её ещё больше. — С вашим сыном ничего не случится. Никто не дойдёт до Лейфорда прежде «Левиафана», обещаю вам.
   «Если только Левиафан пойдёт в Лейфорд», — добавил Александер про себя. Капитан вполне могла не разделить его чувств по отношению к истории и состоянию этой девицы, а драгоценности продать не так-то просто, чтобы без оглядки брать их в качестве платы. Следовало подумать, как это всё правильно подать.
   — Всё хорошо. Вы должны успокоиться, прежде чем говорить с капитаном. Иначе мы останемся стоять на якоре и потеряем драгоценное время. Я помогу вам, но постарайтесь быть сильной, — говоря это, Александер отцепил от пояса флягу, движимый вполне логичным порывом — ром отлично снимал напряжение и успокаивал нервы, если пить в меру. — Вот, выпейте. Станет легче.
   Он поднёс флягу к её губам, чуть наклонил, помогая сделать глоток, и убрал почти сразу. Непривычных к столь крепким напиткам ром уносил коварно и быстро. Тепла от одного-двух глотков Оливии должно было хватить, чтобы прийти в себя.
   — Вот так. Теперь оденьтесь, прошу, не хватало насажать лишних заноз, и пойдёмте со мной.
   По хорошему, ей бы и умыться прежде чем куда-то идти, но на это сейчас совершенно нет времени.
   Александер помог Оливии надеть сапоги, оказавшиеся ей великоватыми, и подняться на ноги, крепко поддерживая за руку.
   — Можете идти? В случае чего, обопритесь на меня.
   Они поднялись по трапу со шкафута на верхнюю палубу, подошли к дверям капитанской каюты. Александер надеялся, что Анна не спит. Мало хорошего, если она будет в дурном расположении духа, но медлить так или иначе нельзя. Он выпустил руку Оливии, постучал, дождался ответа и отворил дверь, велев девице подождать снаружи, пока не позовут.
   — Капитан, надо поговорить.
   Прежде всего Александер выложил на капитанский стол драгоценности и кинжал, вверенные ему Оливией, чтобы Анне было чем занять глаза пока он говорит, после чего опёрся о столешницу руками и в двух словах изложил события последнего часа, не приукрашивая и не укрывая детали.
   — … с рассветом надо уходить, пока тело не обнаружили и не придумали обыскивать корабли, — торопливо сниматься с якоря тоже не след, это будет слишком подозрительно, — Драгоценности подлинные, как знаешь, я немного понимаю в этом. Нести оценщику здесь нельзя, но можем сделать остановку в Олдене и проверить. Взамен леди просит нас подкинуть её до Лейфорда. Учитывая, что после нападения на Сент-Массон торговые судна в местных водах повально вооружаются и набирают в команды опытных головорезов, я считаю, смена привычного маршрута не повредит. Поохотимся в новых водах. Особенно за такое вознаграждение.

+1

11

[nick]Arianna[/nick][icon]http://s1.uploads.ru/aQWTV.png[/icon] [indent] Присевшего рядом мужчину Арианна не заметила, ободряющее прикосновение к плечу тоже. Тихие слова о том, каким этот Тони был ублюдком не успокоили. Напротив заставили расплакаться ещё сильней и попытаться оправдать свой поступок никому не нужной правдой. Перед кем именно - тем, кто был сейчас рядом или перед самой собой - она не знала. Арианну упорно не покидала мысль, что для кого-то убитый гвардеец ублюдком не был, и она должна была поступить иначе, а то, что выбора по сути не было, так это казалось совсем неважным под удушающим чувством вины.
[indent] - С вашим сыном ничего не случится. Никто не дойдёт до Лейфорда прежде «Левиафана», обещаю вам.
[indent] Стоило Арианне услышать слово "сын", как истерика постепенно начала утихать. Девушка подняла глаза и внимательно прислушалась, стараясь ничего не упустить. Знал ли мужчина, о чём говорил, когда давал столь важное для неё обещание, или просто хотел успокоить её хоть как-то? Ричмонд не бралась судить. Она отчаянно уцепилась за ту надежду, что дарили тихие слова. Надежду, что она сможет увидеть невредимого сына, заставившую её благоразумно проглотить вертевшийся на языке пугающий вопрос:
[indent] "Даже Завет с капитаном Флинтом?" - нет, Арианна ни в коем разе не ставила под сомнение быстроходность этого галеона, но всё равно боялась не успеть. Если Эдвард задастся целью добраться до Альфреда, то он доберётся, и у неё не будет никаких шансов его опередить. Особенно, если она продолжит реветь, тратя драгоценное время, и не начнёт думать головой.
[indent] Мужской голос успокаивал и Арианна не сопротивлялась, доверчиво сделав глоток неизвестного напитка из поднесенной к губам фляги.
[indent] - Боже... - девушка зажмурилась и с трудом подавила желание закашляться, ощущая, как постепенно то, что поначалу обожгло, сменяется согревающим теплом внутри. Вымолвить что-либо было всё ещё невероятно трудно, но желание вновь разреветься отступило. Её спаситель был прав, незачем терять время.
[indent] На предложение обуться, чтоб не изранить ноги сильнее, возразить было нечего. Стерев со щек слёзы, Арианна лишь кивнула и постаралась натянуть на себя предложенную ранее обувь, но руки отказывались слушаться. Уже через секунду девушка удивлённо смотрела на мужчину, помогавшего ей надеть сапоги, а затем послушно поднялась на ноги опираясь на сильную руку.
[indent] - Можете идти? В случае чего, обопритесь на меня.
[indent] - Могу, - тихо ответила Арианна, хоть и не была в этом уверена. Руку своего спутника она отпустить всё же не рискнула, наоборот сжала крепче. - Спасибо вам.
[indent] Благодарность была искренней - девушку тронула эта удивительная, неожиданная и не поддающаяся никакому объяснению забота. Мотивов этой доброты она не понимала, но едва ли дело было в отданных украшениях. Как бы там ни было, Арианна без возражений последовала за своим спутником на верхнюю палубу, даже не подумав о том, насколько это было беспечно, учитывая что этот же мужчина, ранее, обещал перерезать ей горло. Ни смотря ни на что, она впервые за последние сутки почувствовала себя в безопасности.
[indent] Мужчина постучал, дождался ответа и скрылся в капитанской каюте, а Арианна осталась ждать рядом с дверью, на этот раз более внимательно рассматривая обстановку на корабле. Ричмонд запоздало удивилась тому факту, что, судя по голосу, капитаном галеона оказалась женщина. Одну мысль вытеснила другая, удивление сменилось сожалением: она так и не спросила, как звали её спасителя.
[indent] Вскоре, внимание Арианны привлекло другое. Подслушивать чужие разговоры девушка не любила и привычки такой не имела, хоть порой услышанное невзначай и оказывалось весьма полезным, тем не менее она стала невольным свидетелем того, что происходило в капитанской каюте.
[indent] -...У тебя есть такой человек? Даже если я и найду такого человека в Суфолке, Александер, нам придется вывалить ему чуть ли не треть стоимости этой вещицы, чтобы сделка состоялась, тамошние дельцы обнаглели и разжирели с приходом Флинта и его бабы, и самого Лукавого не боятся наебать, сучьи дети. Выковырять камни... переплавить оправу... много возни, и оно потеряет в стоимости тоже ощутимо.  Лейфорд... охотиться на западе мне придет в голову, только если  из восточных и южных морей вытащат все, до последней дохлой рыбешки. Может, наши пушки и не хуже пушек того графа, что гадит золотом, но у нас пока что только один корабль, и если они нас поймают за задницу, то мы все дружно пойдем ко дну, вместе с этой девкой и ее цацками. По всему выходит, затея не выгодная и откровенно дерьмовая. (с) Anna Lavey
[indent] То ли дверь была не заперта, то ли говорили за ней громко и не таясь, кто знает, но после первых слов мужчины, Арианна уверилась окончательно, что оказалась на корабле отнюдь не торговом, а пиратском. Впрочем, этот факт, в данной ситуации, её заботил вообще в последнюю очередь. Вслушиваясь в разговор далее, она понимала, что капитан, мягко говоря, не в восторге от предложения своего боцмана. И это заставляло девушку лихорадочно думать. Ей нужна была помощь и необходимо оказаться в Ричтауне. Сравниться в скорости с кораблями пиратов, мог разве что флот её отца, который был недосягаем. Другой корабль Ричмонд вряд ли найдёт, незнакомцу незачем было врать об этом, а даже если и нашла бы, одному Творцу известно, чем бы оно обернулось. Учитывая всё произошедшее и то, кто она на самом деле, для неё было гораздо безопасней на борту этого галеона, в образе никому не известной Оливии Ленли, и этот корабль был её единственным шансом.
[indent] Стоя спиной к двери, Арианна даже не заметила, как та отворилась. Думая о том, каким образом убедить капитана помочь, девушка отчетливо понимала, что делать из себя ничего не понимающую дурочку, будет столь же эффективно, как и горько, но бесполезно реветь, сидя на палубе корабля. Всё та же пустая трата времени. Потому ей придётся говорить правду, раскрывая многое из того, что знала, стараясь не раскрыть себя.
[indent] - Спасибо, - войдя в каюту после приглашения, Арианна поправила сползающий с плеч плащ и ещё раз поблагодарила мужчину, на секунду задержавшись взглядом на красивых чертах лица, что смогла теперь отчётливо увидеть. Затем, сразу же обратилась к женщине - капитану. - Меня зовут Оливия Ленли. Сразу прошу меня простить, так вышло, что я слышала ваш разговор.
[indent] Стараясь ничем не выдать своего удивления, волнения, или же тревоги, Арианна спокойно заговорила первой, внимательно глядя на капитана. Минуту назад, девушка и представить не бралась, как выглядела капитан этого корабля, но совсем не ожидала увидеть молодую красивую женщину с черными волосами и бледной кожей.
[indent] - Я знаю в Олдене нужного надёжного человека, который не будет болтать об увиденном, - девушка указала рукой на драгоценности на столе, но думала не только о них. Ещё она подумала о сохранности своей тайны, если вдруг оценщик её увидит, или узнает, кому всё это добро принадлежало. В том, что этот человек узнает и многое поймет, сомнений не было, но её это не беспокоило. В свое время, именно они с Тарквином помогли бедняку Оливеру, с поразительным талантом ювелира, открыть своё дело. Опасения Арианны были иными. - Но есть проблема - мне неведомо, что с ним стало после нападения пиратов, и я могу лишь надеяться на лучшее.
[indent] Нападая на Олден, Флинт не щадил почти никого из тех, кто защищал город. Головорезам Кровавого барона не было разницы кого убивать, будь то мужчины, женщины, или дети, и он подтвердил это лично. С другой стороны, не вырезал же он столицу Суфолка под чистую. И вряд ли пирату было дело до оценщика драгоценностей, который всегда был хитёр, изворотлив и достаточно умён, чтоб не рисковать жизнью попусту. В конце концов он ювелир, а не воин.
[indent] - Касательно графа, что гадит золотом... - не прерываясь, Арианна мысленно усмехнулась такой красочной характеристике своего отца, - После небезызвестного нападения, он потерял большую часть своего флота и у него нет возможности столь рьяно следить за происходящим в западных водах. Кроме того, благодаря напряжённой ситуации между Лейфордом и Мильстоуном, у патруля сейчас другие заботы: их задача не допустить нападения врага с моря.
[indent] Вдовствующая графиня Мильстоуна никогда не была дурой и давно поняла, что Хранитель Запада с удовольствием увеличит территорию своих земель, как только появится такая возможность, посему два графства уже долгое время были на грани войны. В семейные отношения и жажду мести даже углубляться не стоит, достаточно одной политики.
[indent] - Если позволите, - не дожидаясь разрешения Арианна уверенно подошла к столу, углядев на нем карту. Без колебаний девушка указала примерное расположение патруля и оставшихся фрегатов Натаниэля, севернее Ричтауна. - Весь флот сосредоточен здесь. А здесь, - Ричмонд указала на точку чуть южнее столицы западного графства, - находится старый порт. В Ричтауне их два. И он настолько старый, что патруль о нём давно благополучно забыл. А если кто-то вспоминает, то у них не возникает сомнений, что туда захаживают исключительно торговые суда.
[indent] Тринадцать лет назад даже Завет Эдварда вполне сошел за торговый корабль, она это знала лично, умудрившись даже побывать на борту. Сколько ещё пиратских кораблей беспрепятственно прибывало в старый порт за всё это время лучше и не представлять. Усмехнувшись, Арианна продолжила:
[indent] - Владелец самой крупной таверны на старой набережной, известный как Однорукий Гектор, милейший и весьма уважаемый человек. Он очень давно и на взаимовыгодных условиях сотрудничает с лейфордским патрулём, что туда не суётся, и местными жителями, а его репутация позволяет не вспоминать, что сам Гектор был когда-то пиратом.
[indent] Ясно, как белый день, что Арианна выдала слишком много из того, о чём обычная дортонская леди вообще не должна иметь понятия, и её собеседники, без сомнения, это понимали. Тем не менее, она не усомнилась в своем решении, осталось лишь попытаться логично пояснить откуда такие знания. Девушка посмотрела на молодого мужчину, что привел её на этот корабль и подарил столь необходимую надежду, продолжая говорить:
[indent] - Опережая вопрос, откуда мне всё это известно: мужчины, после выпитого хереса, порой, становятся очень разговорчивы, а я всегда умела внимательно слушать. Кроме того, я часто бывала в Лейфорде и Суфолке. Врать вам о подобном мне незачем, ведь мне необходима ваша помощь. Как я уже говорила мастеру Маклауду, - Арианна вспомнила обращение парня по имени Хью к мужчине, и вновь посмотрела на капитана. - Всё, что мне нужно - спасти своего ребёнка. Он будет в опасности до тех пор, пока я не увезу его из Лейфорда. Двоих детей я сегодня уже потеряла, благодаря мужчине, что зовётся моим мужем, и его врагам. Потерять сына... - спокойный голос Арианны дрогнул и она вновь почувствовала, как её начинает душить горький ком в горле. Девушка прикрыла глаза, глубоко вдохнула, успокаиваясь, и лишь затем договорила.
[indent] - Помогите мне, прошу вас. Я никогда этого не забуду, поверьте. А если драгоценностей мало, в Ричтауне я постараюсь доплатить ещё.

+1

12

[nick]Alexander MacLeod[/nick][status]мы ебали всё на свете, кроме шила и гвоздя[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2zLUh.gif[/icon]   Едва переступив порог капитанской каюты, Оливия зачастила про дислокацию флота, срущих златом лордов и заброшенные порты контрабандистов, и Александер весь обратился в слух и подозрение: приключившееся в порту засияло перед ним в новом свете. Оливия Ленли, перепуганная девушка из подворотен с гравированным кинжалом искусной работы, рассуждала о тактике и намерениях обладающих реальной властью мужчин с уверенностью, доказывавшей, что ей такое времяпрепровождение не впервой. Александер задумчиво прислонился к стене, продолжая наблюдать за ней. Жалобно всхлипывающая девица, мечтающая вернуться к сыну, не складывалась воедино с новым образом: собранным, жёстким, ироничным. Оливия в новом исполнении убила бы Тони не потому что испугалась и запаниковала, а потому что таков её расчёт. Если Александер и питал иллюзии в отношении её мотивов — а он, не будь дурак, не верил до конца и не прекращал ожидать подвоха, — после речей Оливии от тех иллюзий и следа не осталось. Как же, запуганная и обиженная судьбой. Такая сама кого хочешь обидит. Тони подтвердит. С одной стороны, Александер вроде был доволен: не подвела интуиция. С другой, озадачен — так кто эта девица такая на самом деле и, главный вопрос, что ей от них надобно? С третьей, малость раздосадован: сказочка обернулась сказочкой, а не былью. Давеча он начал Оливии сопереживать. Сходство с Аделин обнаружил. Да, у них явно гораздо больше общих черт, чем показалось поначалу: склонность к манипулированию, неженский прагматизм, умение анализировать и принимать решения.
   Но самодовольство и разочарование не задержались надолго, растворившись в пучине нескончаемого мыслительного процесса. Пока Оливия и Анна чесали языками, времени пораскинуть мозгами у Александера было предостаточно. Прислонившись к стене и скрестив руки на груди, он вполуха ловил диалог, разглядывал Оливию в более ярком, чем от корабельных фонарей свете, смотрел на сверкающие драгоценные камни на столе капитана и думал. Думал даже не о том, кто Оливия такая — воровка, как минимум, шпионка, может даже одна из «Пауков» — а о том, принесёт она им больше вреда или пользы. Девица пообещала доплатить, когда Левиафан прибудет к месту назначения, однако в это Александер не поверил, и, бросив быстрый взгляд на капитана, удостоверился, что и она тоже. Мастерски отрешённое выражение лица Анны говорило одно, покуда с губ срывалось иное. Человек незнающий и не понял бы, что не так, но Александер знал повадки капитана. Или думал, что знал. Одно стало понятно: до Лейфорда они Оливию довезут. Высадят только не в ею обозначенном порту, а какой самим больше по душе придётся, чтобы не угодить ненароком в засаду.
   На кой хрен заманивать их в засаду в Лейфорде, когда можно повязать здесь и сейчас в Неале, Александер не знал. Мало ли причин? Отомстить за погром у Сент-Массона королевскому флоту наверняка неймётся, а он, не от большого ума — сделаем скидку на ром! — притащил подозрительную дамочку на корабль в компании трупа. И едва ли не расписку ей выдал, что не брезгует ограбить судно-другое. Опять же, Оливия, шпион короля или диверсантка, оставалась девицей. Умеющей обращаться с кинжалом, но всё же девицей в нарядных шелках. Против одного мужика, не ждущего подлости, выстоит. Но мужик подготовленный ей не по зубам. А Александер был готов теперь к чему угодно, и всерьёз собирался не спускать с девицы глаз. Будет лишку шастать по кораблю или вынюхивать что да как, мигом отправится на дно морское, рыбам зубы заговаривать. Кстати пришлось и распоряжение капитана, зеркально отразившее его мысли.
   — … тебе и следить.
   Александер кивнул, не отрывая взгляда от лица Оливии. Та не показалась ему расстроенной вынужденным надзором. Но он уже понял, что она умеет притворяться, и глазам не доверял.
   — Прослежу.
   Знать бы, на что подписывается этим обещанием. Однако ж, была во всей этой ситуации и немаленькая порция азарта. Избегая как огня рисковых игр, сводящих моряков в долговые ямы и могилы, в чём-то — может, в плоскости житейских отношений, — Александер был тем ещё заядлым игроком. Здравомыслие на разные лады его костерило, однако ж дух авантюризма подбивал на всякое. Соглашаться на сомнительные затеи, вверять жизнь случаю, убивать без оглядки, воровать с размахом, выбирать любовниц среди тех, за кого можно лишиться головы или быть вынужденным броситься в бега. Может, всё и пойдёт прахом, а может, лишь может, он наварится на пепелище так что до конца жизни хватит. Эта возможность кружила голову и будоражила. Благодаря её власти Александер и пустился пиратствовать. Закончив разглагольствовать, капитан жестом показала, что они могут быть свободны. О главном, впрочем, не сказала и слова. Будто угроза попасться на горячем, то есть остывающем, не долетела до сознания. Александер бы первым делом решил, когда кораблю с трупом на борту разумнее покинуть порт, а уж потом стал разбираться, куда их гостье бегать до ветру, но у капитана был свой, неповторимый и трудно осознаваемый подход к решению проблем.
   — Я распоряжусь, чтобы к рассвету мы готовы были отчалить, — молчаливое согласие было ему ответом. Поняв, что иных указаний в этом отношении не получит, Александер тут же выдал себе карт-бланш на дальнейшую судьбу Левиафана и трупа в трюме. Сам наворотил дел, сам их и разгребёт, чай не маленький. Капитан пусть отдохнёт. Ей тишина и отсутствие необходимости думать и решать только на пользу, — Идёмте, леди, сообразим вам спальное место.
   Александер оторвался от стены и прошёл мимо Оливии к двери, но вспомнил кое о чём и обернулся.
   — Капитан, у тебя найдётся для леди наряд попроще? В таком виде ей по кораблю гулять не след.
   Алое платье может и норма для столицы, и сшито по последней моде, но ассоциативный ряд пиратов скуден: всё вызывающее и яркое носят только шлюхи. Ни одна приличная дама не появится на людях в платье такого цвета. Приличным подобает одеваться в невзрачные, закрытые балахоны, а иначе то не дама перед тобой, а блядь. С такой разговор короткий. В ухаживаниях пираты подчас были ещё хуже, чем в выстраивании цепочки ассоциаций.
   Оставив дам обсуждать туалеты в одиночестве, Александер вышел из каюты. Сэм слонялся по палубе, пытаясь понять, куда все подевались. Александер подозвал его к себе и отдал несколько указаний, кого позвать и что делать. Со слов Сэма он узнал, что труп надёжно спрятали в трюме среди мешков с тканями, которые взяли с одного купеческого судна пару месяцев тому назад, но не успели сбыть. Мешки были похожей формы и того же грязно-серого оттенка, что старая парусина. На глаз и не отличишь. Задерживаться только не надо: крашеный шёлк не разлагается, в отличие от плоти, и ароматов таких не источает. Про «гостью» Сэм ни слова не спросил, но Александер знал, что ему любопытно. Поэтому рассказал — важная особа, за которую будет богатый выкуп, но довезти нужно целёхонькой, иначе её папаша не даст ни гроша, и к тому же из пушек обстреляет, коли попортят ему дочурку.
   — Много даст? — глаза Сэма зажглись.
   — Сам увидишь, — посулил Александер, — Ты же в доле, да и помощи с тем бедолагой я тебе не забуду.
   Обрадованный, Сэм с удвоенным энтузиазмом отправился исполнять что велено. Когда Оливия вышла от капитана с охапкой каких-то свёртков в руках, от него и след простыл. Александер почти заскучал. Если бы не переживал, как там Хью и не сцапали ли его гвардейцы. Парень смышлёный, но на рожон лезть горазд.
   — Ходили когда-нибудь морем? — решил спросить он у Оливии, пока они шли по верхней палубе к лестнице на нижние, — Ведро я вам найду, коли надо. Не стесняйтесь, дело обычное. Первое время у многих бывает. Потом обвыкаются, — немало нынешних морских волков прошли все прелести познания морской болезни, — Кто-то, правда, для моря вовсе не создан, — добавил Александер справедливости ради. — Знал я одного парня, из семьи потомственных моряков, лет десять тому назад. От него, понятно, ждали, что станет в море ходить, другого варианта и не было. Прадед рыбачил, дед морские пути прокладывал, отец своё предприятие открыл. А он что ни выход в море, всё от борта не отлипает. Отец из него пытался эту блажь, как он говорил, выбить тем же клином. В каждую поездку сына посылал. Ну и представьте, как парень маялся…
   Александер уже не помнил, был то его приятель или персонаж одной из многочисленных баек, подцепленных им в очередной таверне. Его это не тревожило. У него была история, и он мог её поведать, всё остальное было не столь важно.
   — Потом он за борт бросился от такой жизни, где-то в северных морях, чтоб на холоде быстро ко дну пойти и вытащить не успели. Отец всем говорил, что его пираты в плен увели, да только так увели, что ни груз из пушнины на целое состояние не тронули, и ни одному человеку из команды на глаза не попались. Капитана и кое-кого из старших чинов он подкупил, чтоб поддакивали, но о матросне не подумал. Те и разнесли, как было.
   Жилая палуба встретила их подозрительным молчанием. Сэм тут уже побывал, поэтому ни удивлённых, ни спящих пиратов не наблюдалось. С подвешенных к потолку гамаков в их сторону выглядывали любопытные, но Александер продолжал говорить, словно ничего не происходило. Он держал внимание Оливии, ловя её взгляд после каждого сюжетного поворота, и делал вид, что дожидается реакции на историю. Никто не осмеливался оборвать его на полуслове, даже если кому и хотелось присвистнуть или ляпнуть что-нибудь похабное. Зная своих, Александер был уверен, что хочется многим. Да, они все успели сходить на берег и всласть пообжиматься со шлюхами, но среди шлюх, особенно тех, на которых они готовы были тратиться, не встречалось чистеньких, тонкокостных и по-благородному красивых.
   Каюта, куда вёл Оливию Александер, находилась ближе к носовой части Левиафана, то есть на противоположной от капитанской каюты стороне, и закономерно расположению имела трапециевидную форму и была уже и меньше вполовину, чем пресловутая капитанская. Вместо одного большого окна здесь было два иллюминатора по обе стороны. Принадлежала формально ему, но по факту использовалась как ещё одно хранилище для награбленных ценностей.
   Разгрузившись товарами в Неале, Александер каюту почти освободил. Только тюки с тканями остались — из той же партии, среди которой спрятали тело гвардейца. В трюме им места не хватило. Помимо тюков, была там ещё койка, давно не использовавшаяся по назначению, высокий табурет, исполнявший функции стола, когда надо было описать награбленное, сундук с плоской крышкой, где Александер хранил кое-какие свои вещи, и несколько намертво прибитых к стенам застеклённых книжных полок, на которых вместо книг расположились хозяйственные тетради в твёрдых переплётах. Расходы на содержание Левиафана путешествовали вместе с ним, а копии хранились в доме Александера на Сент-Массоне. Итак, мебели в каюте почти и не было, но и свободного места из-за её скромных размеров тоже. Для девицы статуса этой Ленли совсем неподходящее жилище, но ничего кроме предложить было нельзя.
   Распахнув перед Оливией дверь, Александер пропустил её внутрь и зашёл следом. Кто-то третий в каюте вряд ли бы поместился, только если бы они все прижались друг к другу.
   — А у парня талант был, — продолжал Александер живописать судьбу несчастного, —  Очень он любил чертежи всякие рисовать, изобретал чего-то. Может, папаше стоило его на верфь послать учиться, а не матросом пытаться сделать. Глядишь, мастерил бы сейчас ему суда, какие на абордаж не возьмёшь, не рыб кормил.
   Отсекая любопытные взоры, он закрыл дверь. Полгода назад только сменили старую, подгнившую, на новую из дубовых досок, крепкую и тяжёлую. За такой долго можно прятаться. Или прятать. Особенно если щеколду закрыть. Или на ключ, что Александер всегда держал при себе.
   — Не палаты, но лучше ничего нет, только если капитана выгнать, — так характеризовал Александер каюту, пока доставал из сундука и бросал на койку два чистых одеяла. — Вещи можете класть в сундук, там почти пусто. Подушки нет. Перины тоже. Альтернатива — гамак и компания в полусотню матросов.
   Александер усмехнулся.
   — Они насчёт вас пока любопытствуют, но чем дальше в лес… не фамильярничайте с ними, не пытайтесь сойти за свою, вы не своя и своей им не станете. Будете держаться как королева, побоятся сунуться.
   В низших сословиях, откуда и повылазила большая часть матросов Левиафана, страх и почтение перед благородными господами впитывали с материнским молоком. Годы грабежей и разбоя ничего не меняли. Против господина с мечом они ещё бежали, но господин, дипломатично предлагающий переговоры, вызывал благоговейный трепет. Для этого пираты нуждались в капитане и боцмане. Те знали, что говорить. Против же благородной дамы редко кто осмеливался что-либо сделать. В пылу драки, разгорячённые и злые, могли изнасиловать или прирезать, но на холодную голову единицы решались связываться. И те, скорее всего, родом были из семей побогаче и познатнее, нежели остальные, что от сохи пошли.
   — Высокомерия тоже не надо, — Александер считал, что Оливия поймёт, о чём он ведёт речь. — Наверное, не мне вас этому учить. Орда нянек и гувернанток в своё время постаралась на славу, не буду подвергать сомнению их усилия, — ободряюще заключил он, — Устраивайтесь. Принести чего?
   Сегодня, так и быть, сам ей вместо слуги побудет, а с завтра можно к этому делу Ивара приспособить. Он по малости лет и не поглядит на Оливию, как на женщину, ему доверить бегать по её поручениям можно. Опять же, она реже будет из каюты выходить, а Ивар и приглядит за ней, и донесёт потом, чем занималась, до Александера. Куда ни кинь, сплошные плюсы.

+1

13

[nick]Arianna[/nick][icon]http://s1.uploads.ru/aQWTV.png[/icon] [indent] Услышав согласие капитана, Арианна сперва не поверила своим ушам, а затем поняла, что ей даже дышать стало легче. Перспектива быть пойманной, возвращенной обратно без какой-либо возможности изменить судьбу своего ребенка и свою собственную, стала менее угрожающей. Конечно, ей наверняка не поверили, по крайней мере не во все сказанное, но девушка того и не ждала — она попросила помощи, она ее получила — цена была приемлема, а остальное значение не имело. И черт с ним, что то была помощь пиратов, столь презираемых и порицаемых обществом. У нее взгляд на вещи всегда был свой, и, как только что показала практика — они могли быть куда честнее многих "хороших" людей из ее окружения.
[indent] Относительно того, что мастер Маклауд, со слов капитана, должен был за ней приглядеть Арианна ничего против не имела, даже наоборот. Такое условие скорее было продиктовано именно недоверием к ее персоне, чем реальной заботой о безопасности, но, тем не менее, людей на этом судне она не знала. Люди везде бывают разными. Посему ей самой будет гораздо спокойнее, если рядом будет человек, которого она боялась немного меньше, чем всех остальных.
[indent] Поблагодарив капитана за помощь, девушка уже было последовала к выходу из каюты за мужчиной, как внезапное замечание об одежде заставило остановиться. Сама она об этом не догадалась, одежда вообще была последним, о чем сейчас думала Арианна, однако рациональность данного замечания пришлось признать — платье, да еще и столь яркое и открытое, вовсе не та одежда, в которой удобно на корабле.
[indent] Просить о чем-то подобном совершенно чужих людей отчего-то было ужасно неловко, ей казалось, что и без того слишком много требует. Благо долго задерживаться в капитанской каюте и терзать себя сомнениями не пришлось, капитан сама решила эту задачу, выуживая из сундука в углу необходимые вещи. Буквально через несколько минут Арианна стала обладательницей кожаных брюк, рубашки, чего-то подозрительно похожего на корсет и еще одной пары сапог, которые, судя по виду, куда больше подходили ей по размеру. За все это добро Ари пообещала взамен платье — подол его, конечно, был испорчен неальской грязью, но россыпь мелких камней на корсете по-прежнему представляла ценность. Капитан согласилась и, всунув собранные вещи ей в руки, спровадила к выходу свою совсем нежеланную гостью, повелев спать. На мгновение ей показалось, что у женщины остался невысказанным какой-то вопрос, но Арианна отмахнулась от назойливой мысли, мало ли что там могло показаться, и уже спустя минуту стояла на верхней палубе, вдыхая прохладный воздух.
[indent] Думать о том, куда следует идти, Арианне не пришлось — ее спаситель ожидал за дверью каюты. Посмотрев на мужчину с благодарностью, она последовала за ним вниз, не задавая лишних вопросов. О чем спросить, чтоб нарушить тишину она не знала, а сил думать об этом, по правде говоря, не было — последние были потрачены в капитанской каюте. Вся показная защита и собранность спала, как только отпала в том нужда, и на Арианну навалилась такая усталость, что не было сил даже упиваться своим горем, произошедшим накануне вечером. Голова стала подобна старому дому со сквозняками — совсем пустой, и девушка продолжала идти, даже не задумываясь, куда именно ее ведут. Ей было все равно. Ничего хорошего в этом не было, благо Александер решил эту проблему, своим неожиданным вопросом заставив ее очнуться, и даже вызвал на ее лице некое подобие улыбки.
[indent] — Ходили когда-нибудь морем?
[indent] — Ходила, несколько раз. Сын любит море... — тихо ответила девушка, невольно возвратившись в воспоминаниях на несколько лет назад, в тот же небезызвестный Лейфорд. Тогда не было ни войны, ни угрозы пиратов, друзья были живы, а она едва ли смогла бы помыслить, что когда-нибудь сама окажется на пиратском корабле или сможет убить кого-либо. Даже не верилось, что ее жизнь когда-то была такой. Заставив себя улыбнуться, Арианна спокойно договорила, запнувшись лишь в самом конце, подумав об Эдварде. — В любом случае, я не доставлю вам хлопот — морская болезнь не мой случай. Это... семейное.
[indent] Внимательно прислушиваясь к Александеру, продолжавшему говорить пока они шли по нижней палубе, Арианна смогла таки сориентироваться и понять, что направляются они к носовой части галеона, а еще краем глаза замечала гамаки и любопытные взгляды, но этот факт быстро ускользнул из ее сознания. Невольно девушка задумалась, мужчина решил поведать историю просто потому что хотел ее рассказать, или это было для отвлечения ее и без того рассеянного внимания. Отчего-то верилось именно во второе. Хотя то не имело значения — делал он это мастерски, мгновенно ее заинтересовав, а к концу небольшого путешествия по палубе и вовсе сумел всколыхнуть в ее душе эмоции, казалось бы, недоступные в данную минуту.
[indent] — Мне так жаль его... Поразительно, насколько бывает незаметна грань между родительской заботой и жестокостью. — промолвила Арианна едва слышно, чувствуя, как в глазах предательски защипало. Эта история невольно заставила подумать о своем собственном отце, окружавшем ее заботой, беспокоящемся о ее будущем, любившем свою дочь. И ни одна живая душа не представляла, сколь сильно ее душила эта забота — равносильно степени отцовской любви. — Уверена, отец парня наверняка полагал, что действует на благо, и так будет лучше для сына. Жаль, что порою мы слепы.
[indent] Последние слова Арианна договорила намного резче, чем сама того желала.
[indent] — Простите. — грустно улыбнулась девушка, и, не глядя на Александера, вошла в открывшийся проход.
[indent] Натаниэль тоже хотел, как лучше, и свято верил в то, что знает, как это лучше выглядит. Своей цели он естественно добился, вот только куда это привело? Она была подобно тому парню — отчаявшаяся, сумевшая понять, что не своей жизнью живет, а жизнью своего отца, его желаниями и стремлениями. Тот парень не хотел в море, она не хотела в клетку. Они оба хотели свободы выбора, так может и вправду выход из всего этого дерьма очевиден?
[indent] Звук закрывшейся двери за спиной словно выбил кощунственную мысль из ее головы, и в это мгновение она была благодарна пирату, как еще ни разу не была за этот безумный вечер. Впиваясь ногтями в свою собственную ладонь, дабы снова не разреветься, Ари окинула взглядом маленькую комнату, освещенную тусклым светом масляной лампы. Два маленьких иллюминатора, груда свертков с неведомым содержимым, кровать, стул, несколько полок с тетрадями на стене и сундук, из которого мужчина выудил два одеяла. Больше в каюте не было ничего, даже свободного места. Уж точно не ее покои в Скарборо, но Арианну это не заботило.
[indent] — ...Альтернатива — гамак и компания в полусотню матросов.
[indent] — Благодарю вас. Не тревожьтесь, мне доводилось спать и на обычной твердой земле. В это сложно поверить, но это так, посему комната почти королевская, — взглянув на мужчину с благодарностью и заметив его усмешку, она невольно улыбнулась сама, — И это гораздо больше, чем я осмелилась бы попросить.
[indent] Последующие слова о том, как ей следует вести себя, сразу натолкнули Арианну на понимание, о чем именно говорил мужчина — кажется, в той далекой жизни это звалось дипломатией. Поняла она и то, что постарается прислушаться к его словам — то, что за свою она уж никак не сойдет было очевидно, впрочем, она к тому и не стремилась — главным было не шарахаться в противоположную сторону от любого встреченного на этом корабле незнакомца, подобно тому, как ранее пыталась удрать от этого мужчины на набережной. Вот с этим могла возникнуть проблема, ибо справиться со своими страхами порою совсем нелегко. Впрочем, мысль эту Арианна предпочла не озвучивать, лишь благодарно кивнула в ответ на предупреждение, затем отмерла, сделала несколько шагов вглубь каюты и устало опустилась на стул.
[indent] — ...Устраивайтесь. Принести чего?
[indent] — Если вас не затруднит, принесите, пожалуйста, воды. Нестерпимо хочется пить и мои ноги...— Арианна запнулась на середине тихой просьбы, вернее на ее пояснении и поглядела на мужчину. Она достаточно неприятностей принесла, а ее жалобы ему были вовсе ни к чему. Девушка привыкла говорить о том, что ее тревожило или беспокоило, о том, что думала или чувствовала, и говорить искренне, только опыт нынешнего дня показал опасность глупой доверчивости и от нее следовало отвыкать. А начать можно с малого — не ныть по любому поводу человеку, которого едва знала. — Просто воды. Больше ничего не нужно, и без того слишком много от меня хлопот.
[indent] Поглядев еще мгновение на мужскую спину, готовую вот-вот исчезнуть за дверью каюты по ее просьбе, Арианна, повинуясь мимолетному порыву и неожиданно для самой себя, его остановила. Словно вспомнила себя прежнюю, и то, что раньше не умела равнодушно смолчать в ответ оказанную ей доброту. Не научилась и теперь.
[indent] — Александер, — незнакомое имя из ее уст прозвучало непривычно мягко, и девушке подумалось, что оно ей нравится. Растерявшись от этого внезапного понимания, она все же заставила себя продолжить, пусть тихо и порой запинаясь. — Вы не поверили моим словам. Не отрицайте, я знаю, что это так — я бы тоже не поверила. Возможно, даже вероятнее всего, вы не поверите и в эти, но... Всего за пару часов вы, человек мне совсем не знакомый, сделали для меня больше добра, чем некоторые близкие мне люди за всю мою жизнь. В данную минуту для меня это необъяснимо и непонятно... Но спасибо вам.
[indent] Под конец своей тихой речи Ари вовсе смутилась и отвела взгляд, делая вид, что ее очень интересует обстановка комнаты. На деле ее мысли метались от того, сколь было невежливо обратится по имени к человеку, не спросив его разрешение, в чем виновато чертово воспитание, до того зачем вообще ему все это сказала, и нужны ли были пирату эти знания, вместе с ее благодарностью.
[indent] После ухода мужчины, Арианна заставила себя встать, сняла с плеч плащ и, оставив его на стуле, кое-как добралась до кровати. Когда мужчина вернется она не знала, посему переодеться в одежду, предоставленную ранее капитаном, не рискнула, дабы не быть застигнутой врасплох в весьма интересном виде. На сегодня приключений было достаточно и с нее, и с мастера Маклауда. А вот подготовить себе спальное место она могла, чем и занялась, аккуратно застилая кровать сперва одним одеялом, затем укладывая поверх второе.
[indent] Нехитрые действия, увы, не отвлекали от размышлений. Она осталась в живых, сбежала, снова осталась в живых, попала на корабль, капитан которого согласилась доставить ее в Лейфорд, получила помощь и даже некое подобие поддержки и участия от человека, который делать это был вовсе не обязан, и вскоре она окажется рядом со своим сыном. Казалось бы, все хорошо, но Арианну не покидала тревога. Не обращая внимания на боль в ногах, девушка сама не заметила, как начала привычно мерить шагами маленькую каюту — всегда так делала, когда думала о чем-то важном. Сейчас она пыталась разобраться в напрочь отказывающейся думать голове и найти причину своего беспокойства.
[indent] Именно за этим занятием ее и застал возвратившийся Александер. Ари не сразу услышала, как он вошел, зато смогла понять, что именно ее тревожило.
[indent] — Скажите, можно ли отплыть раньше? Я видела, что море разбушевалось во всей своей жестокой красе, но... отплывать на рассвете опасно. — встревожено выпалила Арианна, обратив внимание на вошедшего мужчину. Где-то в голове мелькнула мысль, что следовало бы поблагодарить, но та, другая, была сейчас важнее. — Дело даже не в... мертвом Тони на пристани. Дело во мне. Меня будут искать, а пропажу заметят весьма рано, если не заметили до сих пор. К тому же, когда сбегала, переворотила комнату так, будто то было ограбление и похищение. Следовательно, в первую очередь пустят погоню и начнут проверять корабли.
[indent] Остановившись, она таки посмотрела на него благодарно, затем подошла к кровати и, пошатнувшись, осторожно присела на самый край, так как ноги более не держали. Возможно, Арианна не понимала о чем просила — выйти в открытое море во время шторма это бесспорно риск для жизни, но девушку, ни разу за всю жизнь в этот самый шторм не попадавшую, куда больше пугала перспектива встретить добрых старых "друзей" в лице Королевской гвардии и стражников Мориа. Для полноты картины можно со Стефаном во главе, тогда будет куда веселее. Причем всем.
[indent] — Если меня здесь найдут, если найдут тело... Черт, я не знаю, что из этого хуже и нельзя этого допустить, а значит нужно отплыть раньше. Сейчас. Как только вернутся ваши люди. Что бы вы потом не говорили гвардии — они не будут слушать, и вы это знаете. Мой муж уж точно не будет слушать. Прошу вас, поверьте мне, даже если не верите в мои чистые помыслы, поверьте в то, что я не хочу обратно. — продолжила Арианна, отпив глоток воды из принесенной мужчиной фляги.
[indent] Меньше всего ей хотелось посвящать кого-то в подробности своего побега и своей жизни. Арианне вообще думать не хотелось о том, что с нею стало за последние сутки, но что-то подсказывало, что пират попросту не поверит ей и не рискнет выйти в бушующее море, если не услышит в ее словах искренности и какого-то объяснения ее безумной просьбе. Потому и говорила сейчас правду, настолько, насколько могла, просто потому что не желала нести вред. О том, чем может грозить ей эта искренность, думать не хотелось — слишком страшно. Ари очень хорошо запомнила прозвучавшую ранее угрозу, и совсем некстати вспомнила, что перед нею таки пират, а не рыцарь из доброй сказки.
[indent] — Там, на палубе, вы сказали, что если я поставлю под угрозу команду, вы убьете меня... Пока мы остаемся в Неале, я буду нести эту угрозу, даже того не желая. За это вы вольны поступить со мной, как считаете правильным и справедливым, но... После... Александер, лучше попасть в шторм, там больше шансов остаться в живых. — тихо, упрямо стараясь не выказать страха, хоть и выходило это очень скверно, сумела-таки договорить девушка, глядя на пирата испуганными глазами.

+2

14

[nick]Alexander MacLeod[/nick][status]мы ебали всё на свете, кроме шила и гвоздя[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2zLUh.gif[/icon]   Собственное имя из уст Оливии удивило Александера и он замер, обернувшись к ней уже взявшись за дверную ручку. Казалось бы, что такого. Это его имя. Он не скрывал его и не запрещал упоминать. Он прожил с ним в идеальной гармонии двадцать шесть лет и пока не собирался останавливаться на достигнутом. Капитан обратилась к нему по имени при ней, она запомнила. Никакой тайны. Но тем не менее — он удивился. Может, потому, что этим Оливия переступила какую-то грань, заходить за которую в её кругах не принято? Виду Александер не подал и никак не прокомментировал, а через мгновение вообще забыл, малость обескураженный новой порцией откровений и благодарности.
   За что продолжает благодарить? Оливия заплатила ему — им — чтобы идти на Левиафане из Неаля в Лейфорд. За одну десятую стоимости драгоценностей она спокойно могла добраться до места назначения на торговых судах с пересадкой в Кадамире. Конечно, не так быстро, да и никто другой не стал бы убивать для неё, прятать труп, не задавать лишних вопросов, менять курс и всё остальное, но она щедро оплатила причинённые неудобства. Сделка почти честная. А выставляет дело так, словно ей явился некий бескорыстный святоша и одаряет милостью ни за что, ни про что. Из всего этого Александер сумел понять только, что деньги для Оливии ничего не значат. Вывод самый обыкновенный: за женщину высокого происхождения всегда платят отец, брат и муж, им самим вовсе незачем разбираться в материальной стороне жизни. Вполне естественно, что она считает деньги пустяком и для остальных. Тот, кто не добывал пропитание в поте лица, не выдерживал чудовищный гнет нужды, не видел перед собою цель, за которую с голой нищей задницей не ухватишься, не поймёт значения достатка. Александеру было неловко, что Оливия приписывает ему некие качества, которыми он не обладает, но разубеждать её он не стал. Пускай думает как ей больше нравится. Наверное, так даже лучше. Ей спокойнее, а ему с того не жарко и не холодно. Он невпопад пожал плечами в ответ и ретировался за водой, закрыв за собой дверь.
   — Э, боцман! Опять кого-то с собой потаращим?
   Александер не увидел, кто задал вопрос, но ответ интересовал и не одного человека, а всех. Поэтому он и обратился ко всем сразу, переводя взгляд с одного любопытного лица на другое.
   — Да.
   Последовавший за этим ропот не удивил его. После приключений с трупом и не-трупом Флинта, команда относилась к пассажирам с недоверием и неодобрением. Капитан обещала потолковать с ними, но сидя в каюте много не натолкуешь. Разобраться с недовольством нужно было здесь и сейчас. Именно разобраться, а не выдвинуть ультиматум, попытаться запугать и послать всех в задницу Лукавому, как она любила. Александер решил зайти издалека. С патриотических чувств. В последние дни эта тема была актуальной.
   — Времена настали тяжёлые. Вы сами знаете, парни, так ведь? Вы видели, что эти сукины сыны сделали с нашим островом. Мы едва не лишились его, и теперь город лежит в руинах, и в нём больше не безопасно…
   Мрачные лица пиратов показали ему, что ничто не забыто. Рана свежа и кровоточит. Разногласия на время были забыты, и слушали его внимательно. Александер прошёл вперёд, пробираясь между гамаками и продолжая говорить.
   — Решение наших проблем очевидно: деньги. Материалы для строительства, дерево и камень, известь и глина, корабли, оснастка, пушки, ядра, провиант — сколько мы раздобудем их, зависит от денег. Всё всегда зависит от денег. Сейчас у нас нет времени выбирать, как эти деньги добывать. Они нужны нам, срочно. Пока королевский флот не оправился от удара и не обрушился на нас вновь, мы должны успеть подготовиться. Мы должны защитить нашу землю, нашу свободу и право жить как считаем правильным.
   Александер остановился. Корабль покачивало, и он взялся за верёвку пустого гамака, чтобы не упасть.
   — Но эта девица принесёт нам не просто деньги. Она, клянусь морским дьяволом, принесёт каждому из вас состояние. Одно плавание — и вы вернётесь на Сент-Массон богачами. Вместо сожжённых домов местных торгашей каждый сможет отстроить себе по поместью, завести десяток рабов и потребовать баронский титул, — Александер положил руку на плечо одного из пиратов, — Хочешь быть бароном, Том? Ваше Грёбанное Сиятельство Томас Сукин Сын.
   Пираты заржали, подхватывая шутку. Том приосанился.
   — Мамка моя шлюхой была, сталбыть Шлюшьим Сыном зваться и буду!
   Новый взрыв хохота.
   — Дело за малым: отвезти девицу её папаше и потребовать выкуп. Старик богат настолько, что срёт золотом, так говорят.
   Это Александер додумал уже на ходу, но говорить ребятам, что деньги уже у них, было нельзя.
   — Куда везти-то?
   — В Лейфорд.
   Молчание. Вполне предсказуемо.
   — Не в королевский порт и не под пушки флотилии ебаного Величества, ясен хрен. Кто из вас, парни, слыхал про Однорукого Гектора?
   Те, кто давно под чёрным флагом ходил, Гектора вспомнили и начали рассказывать о нём остальным. Что-де сидит этот хрен нынче под протекцией лейфордского патруля, гребёт помаленьку на старость и в ус не дует. Контрабанда на западном побережье вся через него и его людей проходит. Покуда парни обсуждали план, каким курсом идти лучше всего, Александер слазил в носовой трюм, где наполнил пресной водой из бочки две большие фляги.
   — А чё ж, мы её просто повезём? — крикнул Сэм, — Как сраный кортеж?
   — У кучеров манеры получше ваших, — фыркнул Александер, взбираясь обратно. В одной руке он держал обе фляги, подмышкой второй зажал блестящий медный таз на случай, если Оливия захочет умыться от слёз. — Поохотимся по ходу пути, ежели подвернётся кто. Наши редко до Лейфорда ходят, тамошние купцы страха не ведают. Напомним им, что бояться надо. Провизией мы затарились, ядрами и порохом тоже, возвращаться на остров рано. Самое время для рейда!
   Возражений на это ни у кого не нашлось. Оставив парней обсуждать детали грядущей поездки, Александер вернулся в каюту.
   — Если мало будет, потом принесу ещё, или можно вам бочку сюда закатить, если тюки эти уберём… — начал Александер, деловито оглядывая каюту, и тут осёкся, наткнувшись взглядом на Оливию и обнаружив, что она сняла плащ.
   Алая ткань, что он до этого видел только мельком, предстала перед ним во всём великолепии. Платье каким-то невообразимым чудом удерживалось на груди, обнажая плечи, обтягивало тончайшую талию и расходилось широкими волнами на бёдрах. Оголённые плечи и верх груди казались ослепительно-белыми, как свежевыпавший снег на вершинах гор. Под тусклым светом масляной лампы платье сверкало от вышитых по корсажу драгоценностей, слепило глаза. Александер порадовался, что в таком виде Оливию не увидел никто из парней. Ей здесь было не место. Этому платью здесь было не место. Дикий контраст между привычной, невзрачной обстановкой каюты и вызывающей красотой девушки сбил его с мысли. Он поймал себя на том, что молча пялится — как мальчишка. Как когда-то пялился на Аделин, что закончилось… как закончилось. Отведя взгляд, Александер прошёл мимо, ненароком коснувшись края алого подола, поставил таз на табурет и положил туда же одну флягу, вторую, не глядя, протянув Оливии. От этого платья нужно избавиться, и поскорее.
   «Не так», — добавил он разыгравшемуся воображению, уже нарисовавшему для него Оливию без платья. Он бы не возражал поглядеть, да и какой мужик в здравом уме возразил бы, но уподобляться малому мальчишке было недосуг.
   — Скажите, можно ли отплыть раньше?
   Желание Оливии отплыть поскорее не показалось поначалу странным, учитывая как она торопилась к сыну, и Александер уже собирался успокоить её, сказав, что так быстро её не хватятся и лучше обождать немного, чтобы потом пойти быстрее, как следом за вопросом на него обрушили ворох новых подробностей происходящего. Подробностей, которые она почему-то придержала при себе, разговаривая с капитаном. Подробностей, которые, мягко говоря, не вселяли оптимизм.
   — Вы посвящали кого-нибудь в свой план побега? — спросил он резко, — Подругу, служанку? — дождавшись отрицательного ответа, Александер опустился на сундук, чтобы Оливии не приходилось задирать голову, отвечая ему. Одной рукой упёрся в бедро, второй принялся жестикулировать. — Если мы снимемся с якоря прямо сейчас, это будет выглядеть крайне подозрительно, и, если начальник порта и капитан гвардии уже оповещены о вашем исчезновении, в нашу сторону выпустят столько ядер из фортовых пушек, сколько потребуется, чтобы отправить нас на дно раньше, чем мы покинем акваторию порта. Допустим, каким-то чудом мы избежим залпов и сможем оторваться, за нами пустят погоню и не остановятся, пока не настигнут и не перебьют всех до единого. Пока у них нет причин обыскивать именно корабли, в таких случаях начинают переворачивать злачные места города: таверны, бордели, игорные дома, притоны… Раз ваш муж так хорошо платит, что готов перевернуть по камню весь Неаль, это займёт какое-то время.
   Всё это было бы справедливо и логично, если бы Оливия хорошенько замела за собой следы. Но она наверняка оставила позади столько улик, что по горячим следам сыщики выйдут к порту, а там свяжут мёртвое тело с исчезновением девицы и примутся за близстоящие корабли. Блядь.
   — Во имя Творца, леди, вы не могли рассказать детали своего побега, когда я тащил труп до корабля? Сейчас забирать второй поздно, если его кто-то уже видел, это будет вдвойне подозрительно…
   Александер злился, и сам себе в этом не отдавал отчёт, но голос его становился громче, а слова резче и беспощаднее. Да, ситуация и до этого была хреновой, но в свете новых открытий её хреновость выходила на принципиально новый уровень.
   — Если выберемся из этого — выйдем в море, уйдём от обстрела, погони, и переживём шторм, усвойте новое правило: с этого момента вы рассказываете мне все подробности своих деяний, от которых зависит наша жизнь. Все до единой, чёрт подери! О чём вы ещё умолчали? За поворотом на Олден нас поджидает кракен? Восстановленный королевский флот? — он бы ещё многое добавил, про то что с нею каждые четверть часа знаменуются неприятными открытиями, и что ей грозит, если дело продолжится в том же духе, но тут после деликатного и не замеченного разошедшимся Александером стука Хью открыл дверь каюты и протиснулся внутрь.
   Его реакция на Оливию оказалась почти такой же, как у Александера, только он глаз от выреза на её платье в отличие от него быстро не отвёл.
   — Чегой-то вы разоралися, мастер боцман? — с ухмылочкой во всю веснушчатую рожу полюбопытствовал Хью, бросил ревнивый и полный тоски взгляд с груди Оливии на сапоги на её ногах, вздохнул и посмотрел на Александера, — С пристани вас слыхать.
   Александер, прерванный посреди тирады, не сразу сообразил, что Хью тут забыл. Потом опомнился. Вернулся, беззаботный стервец. Благо живой.
   — Привёл?
   — А то как же! — радостно заверил его Хью, — Обоих привёл. О’Рэйли прям с девки снял, он мне чуть не всёк, но как услышал, вы зовёте, сразу и пошёл, а Бреннана мы вдвоём дотащили. Нахрюкался в сопли, дрыхнет ужо. Но вы его щас добудитесь энтими трелями. Так чё дальше-то?
   — Сейчас расскажу. Иди пока.
   Хью улетучился. Александер поднялся на ноги, глядя на Оливию сверху вниз. Взять бы её покрепче за лилейную шейку да вытолкать с корабля к чертям собачьим, чтоб других самоубийц себе в помощь нашла. Но данное ей обещание помочь удержало его от этого порыва.
   — Молитесь Творцу леди, да покрепче. Другой благодарности мне от вас не надо.
   Он вышел из каюты, не дожидаясь ответа, хлопнув за собой дверью.
   Ведь и сказать никому о подстерегающей их опасности нельзя. Александер-то ей помощь обещал, а команда нет. Решение проблемы очевидно. Снять беглянку с борта, драгоценности оставить себе в качестве компенсации за заботы и переживания ею вызванные, быстренько свинтить. Так и следовало поступить. В интересах команды, которые он должен был отстаивать. Его необычная хмурость привлекла внимание. Да и повышенные тона наверняка слышали многие. Дьявол, лишь бы слов не разобрали… совсем осторожность потерял, придурок, позволил злости над собой возобладать. Откуда девице понимать, что важно, а что нет. Следовало спросить. Сам виноват.
   — Всё нормально, боцман?
   — Да. Значит так, парни, быстро все по местам. Засиделись. Том, ты вместо Бреннана к штурвалу. О’Рэйли, ты тоже тут сиди, выхлоп от тебя как…
   — Сам-то! — возмутился О’Рэйли.
   Александер беззлобно послал его и продолжил. Спустившийся вниз старпом молча слушал его, не перебивал. Видимо, уже успел поговорить с капитаном и согласился пустить Левиафан в неспокойное море. А с рассветом или до рассвета…
   Можно было выжидать. Можно. Нужно. Дождаться, пока порт покинет кто-то ещё, и только потом… Но у них ещё оставался шанс воспользоваться эффектом неожиданности, и Александер не хотел его упускать. Развернуть батареи в форте не успеют, а гроза ухудшила видимость и попасть по ним, когда они выйдут из порта, будет очень сложно. Что до погони, то в шторм за ними никто не сунется, тем более к Олдену, к дракону и мощному флоту… Им, конечно, тоже несладко придётся, и если не пушки, то ветер и волны могут на щепки разнести, но если получится и ветер мачты не снесёт, по краю пройдут и обогнут эпицентр бури. Рука у Тома твёрдая, манёвренность у Левиафана неплохая. Справятся.
   «Больше никакой помощи угнетённым девицам», — приказал Александер себе жёстко, «Выберемся, а больше — никогда».
   Поднявшись на верхнюю палубу, он выхватил среди пробегавших мимо матросов Ивара и схватил за руку, удерживая на месте.
   — Дело к тебе есть.

+1

15

[nick]Arianna[/nick][icon]http://s1.uploads.ru/aQWTV.png[/icon] [indent] Предугадать реакцию пирата на сказанное ею было легко, Арианна знала, что ее слова могут разозлить, но не ожидала что настолько. Чем больше правды она говорила, тем резче становились его слова, но в данную минуту девушка была не в силах это понять. Она предупредила сразу же, как сама подумала обо всем и поняла угрозу, он же требовал невозможного, потому что она физически не могла сделать этого раньше — не сегодня, не теперь. И дьявол раздери, неужели было бы лучше, если бы смолчала вовсе?
[indent] Повышенные тона в разговоре Арианна никогда не любила, тем более направленные на нее, и уж тем более от мужчин. Если большинство девиц в таких ситуациях виновато прятали глаза и невнятно бормотали что-то вроде извинения, как им и подобает, то в ней подобное отношение всегда вызывало злость и воспринималось, как вызов. Сейчас, сидя перед Александером в пиратской каюте, Арианна едва ли не впервые в жизни вела себя "как подобает" и ничего с тем поделать не могла — чем злее становился мужчина, тем больше ее сковывал страх и сложнее было найти в себе силы что-либо сказать, объяснить, прекратить поток жестких слов в конце концов. Ведь, по словам пирата, выходило, что она умолчала об опасности намеренно, а это заведомо было не правдой. Но она продолжала молчать. И все больше боялась этого человека, а жалкие остатки силы духа и храбрости были сломлены напрочь под натиском беспощадных речей.
[indent] — ...О чём вы ещё умолчали? За поворотом на Олден нас поджидает кракен? Восстановленный королевский флот? — мужчина едва ли хотел услышать ответы на свои вопросы, но тем не мене Арианна попыталась найти в себе силы дать хоть какие-то.
[indent] — Нет... Нет. Ничего из этого. — тихо пробормотала девушка, едва сдерживая подступающие слезы, только ее ответ предсказуемо никого не интересовал. — Я не... — Умолчала. Это не намеренно. — отчаянно хотелось добавить Арианне, но она была прервана неожиданно появившимся в каюте парнем по имени Хью, коего уже успела увидеть ранее на палубе и чью обувь она сейчас носила.
[indent] — Чегой-то вы разоралися, мастер боцман? — спросил ухмыляющийся парень у Александера, при этом, не сводя взгляда с выреза на ее платье. Вмиг вспомнив как она выглядит, Арианна каким-то поразительным чудом сдержала порыв прикрыть оголенный верх груди и плечи хотя бы руками, и продолжила сидеть на месте, прислушиваясь к короткой мужской беседе, не пытаясь более даже рта открыть, дабы сказать что-либо.
[indent] От ее груди парень взгляд таки отвел, поведал боцману детали своего похода за членами команды и ретировался прочь, как его и просили, и в ту минуту ей отчаянно захотелось, чтоб он либо вернулся обратно, и черт с ним, пусть пялится сколько его душе будет угодно, ведь на нее хотя бы перестали кричать, либо чтоб забрал Александера за собой следом, куда-то подальше от нее, потому что находиться с ним наедине было невыносимо, хоть мужчина и не выказал ни единой открытой угрозы в ее адрес.
[indent] Произносить их ему просто не было нужды, даже кричать было вовсе не обязательно, достаточно было подняться на ноги и посмотреть на нее. Она так и продолжала сидеть, замерев подобно статуе, лишь очередным усилием воли заставила себя поднять голову и встретить взгляд пирата. Красивые черты лица остались прежними, но не глаза. Голубые глаза, так обманчиво показавшиеся поначалу добрыми, говорили красноречивее всяких слов и ничего хорошего в перспективе не обещали. На мгновение ей даже показалось, что он ее ударит. Что там было на самом деле — настоящая угроза или всего лишь плод ее измученного сознания — Ари не знала и вовсе не желала узнать. Слишком свеж был в памяти урок о том, сколь дорого стоят молчаливые угрозы пиратов, преподнесенный Флинтом. Уж лучше бы кричал, чем...
[indent] — Молитесь Творцу леди, да покрепче. Другой благодарности мне от вас не надо. — ответ Александеру не был нужен, о чем красноречиво поведала стремительно удаляющаяся спина и громко захлопнувшаяся дверь каюты.
[indent] — Он не услышит, — прошептала Арианна закрытой двери, сумев наконец нормально вдохнуть, едва отступил страх, и не сразу почувствовала на своих щеках слезы, — Я уже пыталась.
[indent] Заставив себя встать, на негнущихся ногах девушка подошла к табурету, налила немного воды в заботливо оставленный там медный таз и первым делом смыла слезы, коих было слишком много за последнее время. Холодная вода и тишина каюты принесли подобие успокоения и возможность мыслить относительно связно на первый взгляд. Сразу же задумалась, о какой благодарности шла речь, и к чему были те слова, если уже итак отдала все, что у нее было. Или не все?
[indent] "Нет," — напуганная, ослабевшая от потрясений Арианна, поняла под понятием благодарность отнюдь не слово "Спасибо", — "Нет. Неужели подумал, что я..."
[indent] Вцепившись пальцами в блестящую медь, девушка вдохнула и попыталась взять себя в руки. Плевать, что там подумал Александер, но благодарить кого-либо тем способом, который пришел в голову ей, она была не намерена. И трястись от страха, забившись в угол этой каюты, в ожидании непонятно чего, как оказалось, не собиралась тоже.
[indent] Первой мыслью было попросту сбежать с этого корабля. До Лейфорда они ее может и довезут, если боцман, вышедший отсюда несколько минут назад, каким-то неведомым чудом не отправит ее на морское дно, вот только, что ждет ее во время этого пути на запад она боялась предположить. Жизнь Арианну, похоже, ничему не учила, раз она позволила себе мысль, что пираты могут быть честнее тех, кто окружал ее на суше.
[indent] "Чертова доверчивость! Чертовы пираты! Как вообще можно быть такой дурой?" — ругала себя девушка, торопливо распуская шнуровку корсета алого платья.
[indent] Она хотела как можно быстрее переодеться в удобную одежду и подняться на верхнюю палубу, пока галеон оставался на месте в порту. Как будет выбираться отсюда и что делать потом она не имела представления, да и не думала в те минуты. Натянув на себя предоставленные капитаном белую рубашку, брюки и сапоги на израненные ноги, кое-как, с трудом, зашнуровав очередной ненавистный корсет, Арианна осторожно отворила дверь каюты и вышла на жилую палубу. Оглядевшись, та показалась ей пустой. На верхней же палубе кипела деятельность, судя по громким голосам и звукам возни. Несмотря на это, она направилась к лестнице, и с каждым шагом все больше осознавала глупость своего поступка.
[indent] Осознавала также, что не сбежит. И дело даже не в том, что корабль более не стоял на якоре — больно ушибленная о деревянную лестницу коленка и ладонь, когда Ари не удержалась и потеряла опору под ногами из-за усилившейся качки, была тому подтверждением, и не в том, что ее скорее всего остановили бы максимум на полдороги.
[indent] После того как источник ее страха исчез из поля зрения, постепенно исчезло и само это мерзкое чувство, предоставив Арианне возможность анализировать ситуацию. Александера она встретила на пристани по счастливой случайности, и в ту минуту он не остался в стороне, буквально спасая ей жизнь от преследователей. Если хорошенько подсчитать, сколько возможностей у него было ее убить, то становилось ясно как белый день, что давно убил бы, если б имел такие помыслы. Мог оставить на причале после того, как убила гвардейца — так поступило бы большинство. Он мог сделать с ней... Да что угодно за все это время — начиная от ограбления, заканчивая куда более ужасными вещами. Но он так не поступил.
[indent] Вместо этого, пошел на убийство, привел с собой ее, пообещав помощь и сдержав обещание, рискуя тем самым безопасностью своей команды. Вполне естественно, что он был зол, так как ситуация предстала в совершенно ином свете после ее откровений и угроза лишиться жизни стала более явной. А то, что наорал на нее, заставив дрожать от страха... Ей самой пояснять следовало нормально и хоть примерно рассказать, что с ней случилось. Сама виновата.
[indent] Глупо было бы сбегать от той помощи, которую сама же и просила. А еще, Арианна знала — если ее пропажу уже обнаружили и подозрение патруля падет на этот корабль, то по крайней мере со стороны Неаля они все будут в безопасности, покуда она на находится на борту. Ни одна пушка не выстрелит в сторону судна, на котором может находиться королева Дортона. Военный королевский флот не был восстановлен после Сент-Массонской битвы, а на кораблях Руашира броситься в погоню во время шторма рискнул бы разве самоубийца. До первого попавшегося по пути утеса. Жаль, что она не подумала сказать Александеру об этом.
[indent] Продолжить идти наверх Арианна решила скорее из любопытства, хоть разумным было вернуться в каюту, но добраться на верхнюю палубу и взглянуть на бушующее море девушке так и не удалось, дорогу преградил темноволосый паренек лет шестнадцати.
[indent] — Леди, вы куда собрались? На встречу с кракеном? — парень глядел на нее, как на безумную.
[indent] — Я никогда не видела шторма, поэтому... — растерялась Арианна, кое-как поднимаясь по ступеням. Корабль мотало из стороны в сторону и желание смотреть на чертов шторм начало стремительно таять.
[indent] — Нечего вам там смотреть, леди, пойдемте, — степень ее безумия в его глазах судя по всему выросла, но паренек проворно ухватил ее за руку и повел обратно вниз, — Мастер Маклауд не обрадуется если вас волной смоет.
[indent] "Да неужели?" — ядовитая реплика застряла в горле и позабылась. Парень, пока тащил ее за собой в сторону каюты, говорил без умолку, а потому просто бессовестно сбил ее с мыслей.
[indent] — Я Ивар, кстати, — беззаботно представился паренек, широко улыбаясь, отворил дверь и пропустил ее вперед, — Мастер Маклауд велел к вам прийти, на случай ежели вам нужно чего.
[indent] От искренней доброй улыбки Ивара, Арианна даже забыла мысленно съязвить по поводу заботливости мастера Маклауда, и сама не заметила, как улыбнулась в ответ.
[indent] — Пока ничего не нужно, спасибо. Но заходи, — позвала она парня, до сих пор маячившего в дверях, вновь усевшись на край кровати, — И зови меня Оливия.
[indent] — Да я тогда на верх пойду, может там помощь какая нужна. — пробормотал Ивар, уже собравшись ретироваться из каюты.
[indent] — Тебе на палубе сейчас тоже делать нечего. А мастеру Маклауду можешь сказать потом, что это я настояла. Он же тебя отправил выполнять мои просьбы, вот и выполни, пожалуйста. Нечего рисковать понапрасну. — видно было, что парень растерялся, как правильно поступить, а потом все же вошел, прикрыв за собой дверь каюты, и неуверенно уселся на сундук, как и ранее Александер, отчего Арианна облегченно выдохнула. Если они не запрещают детям гулять по палубе в шторм, то их дело, но в этот они попали из-за нее, и упаси Творец с парнем бы что-то случилось.
[indent] — Откуда ты, Ивар? — полюбопытствовала Арианна, глотнув воды и приготовившись слушать, а затем и отвечать на вопросы. Невзирая на усталость, девушка была рада компании — уснуть во время шторма все равно возможным не представлялось, а еще ее не покидала тревога за тех, кто находился на верхней палубе, в частности за человека, благодаря которому она сейчас находилась здесь.
[indent] Открытый и веселый Ивар очень быстро располагал к себе, и Арианна потеряла счет времени за возникшим разговором и приступами смеха. Он рассказал ей, что пираты взяли его с собой при нападении на одну из дортонских деревень, и он уже несколько месяцев ходит с ними. А еще из разговора поняла, что парень очень привязан к боцману этого корабля. Она же деликатно обошла тему ее появления на борту, направив все возможные вопросы в адрес Александера, так как не знала, что ей следует говорить. Не правду же. Потому пришлось увлечь любознательного Ивара рассказами о землях, в которых тот не бывал — об Оштире с его культурой и праздниками, о Лейфорде и Кенткливе, о ведьмах и о ковене Черного солнца, что впоследствии стал ковеном Невидимых, и о Вустерлинге. Казалось, что все произошедшее с ней случилось очень давно, и хоть умом Ари понимала, что все ее терзания и страхи со временем вернутся и продолжат ее мучить, но была безгранично рада передышке.
[indent] Сквозь смех Арианна не сразу услышала возню и громкие крики за дверью, а когда заметила напряженно умолкла.
[indent] — Пойду погляжу чего там, — Ивар поднялся и открыл дверь, направившись куда-то навстречу мужчинам, а девушка таки не удержалась, поднялась и выглянула из каюты следом, углядев четверых пиратов и услышав обрывок фразы.
[indent] —...О’Рэйли чуть за борт не унесло, хоть море, кажется, спокойней стало. — пояснял незнакомый мужчина, судя по всему Ивару.
[indent] — Надо сгонять за доком, он не дышит. — произнес еще один незнакомый голос, пока чье-то безвольное тело укладывали прямо на палубу.
[indent] "Чертовы пираты!" — в который раз подумала Арианна и быстро направилась в сторону мужчин, не дожидаясь, пока они наболтаются и "сгоняют" за доктором. Такими темпами лекарь уже не понадобиться, а она знала, как помочь.
[indent] — Отойдите. — ее звонкий голос сразу привлек внимание, вот только реакции не последовало. Мужчины просто замерли, глядя на нее во все глаза. — Да отойдите же от него!
[indent] Не дожидаясь, что ее послушают, Арианна бесцеремонно подвинула в сторону незнакомого мужчину и опустилась на колени рядом с О’Рэйли, около которого уже сидел Ивар. Запрокинув голову мужчины чуть назад, попросила парня положить руку ему под шею и повелела не убирать. С того времени, как старейшины Гильдии поясняли ей, как помогать в таких случаях прошло уже шесть лет, а как последний раз делала подобное — четыре. Руки предательски задрожали, но девушка безжалостно от этого отмахнулась. Справится.
[indent] Упираясь обеими ладонями посередине груди пирата, она выпрямила руки и быстро начала с усилием нажимать на грудную клетку, считая про себя. Остановилась на тридцати, вдохнула глубоко и склонилась над мужским лицом. Осторожно зажав нос мужчины пальцами и напрочь проигнорировав запах алкоголя, Арианна медленно выдохнула воздух в его губы. Вновь повторила тоже самое. О’Рэйли по-прежнему не дышал, и девушку охватила паника, а в глазах предательски защипало. Она не желала ему смерти, никому не желала. Вновь упираясь в грудную клетку, навалилась всем своим небольшим весом, упрямо продолжая нажатия. На двенадцатом мужчина закашлялся, поворачиваясь на бок и выплевывая морскую воду, а Ари выдохнула и устало уселась прямо на палубу подле него.
[indent] — Я умер, — едва слышно прохрипел О’Рэйли, поднимая на нее взгляд, — И попал к русалкам?
[indent] — Нет. Но попадете, если продолжите в том же духе, — заверила пирата Арианна, с тревогой рассматривая его лицо. — Ивар, пожалуйста, принеси воды. В каюте. — попросила девушка паренька, а потом снова обратила все внимание на пострадавшего.
[indent] — Какие бесы понесли вас на палубу в таком состоянии? От вас алкоголем несет почти до неальской набережной! — вспылила Арианна, сама того не желая, позабыв на какое-то мгновение где находится и что отчитывает незнакомца, а не хорошего друга. Вспомнила, растерялась и осеклась. Благо Ивар вернулся с водой и девушка, благодарно кивнув пареньку, протянула флягу пирату. — Впрочем, не важно. Вот, выпейте воды. Главное, что живы.
[indent] Убедившись, что ее послушали, Арианна, не обращавшая до того внимание на происходящее вокруг, подняла наконец глаза и испуганно замерла, столкнувшись взглядом со знакомыми голубыми глазами.

+2


Вы здесь » Velmaren. Broken Crown » За гранью миров » Пепел на месте солнца


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC